Главная сайт Изумрудный город Правила Форума Выберите аватару Виртуальный клуб Изумрудный город

В издательстве «Шико-Севастополь» вышел восьмитомник серии «СОБЕРИ РАДУГУ» Ю.Н. Кузнецова. Твёрдый цветной переплёт, прошитый чёрно-белый блок, 400 иллюстраций О. Бороздиной, И. Буньковой, В. Коновалова, D. Anfuso.
Цена 200 руб. за том.

Заказать у автора: e-mail | vkontakte | facebook

 
Даниил Алексеев «Приключения Оли и Пирата»
Образцом при написании и оформлении были книги А. М. Волкова. Девочка Оля похожа на Элли и Энни Смит, а также Алису Селезнёву, только она наша соотечественница и современница. В истории «Серебряные башмачки» тайный враг подсунул Оле туфельки Гингемы. Девочка решила поиграть в Элли... и оказалась в Голубой стране. Там она встретит Виллину, Кагги-Карр, Элли, Тотошку, побывает в пещере Гингемы и столкнётся с Урфином Джюсом и филином Гуамоко.
Цена 500 руб.
(включая стоимость пересылки)

Заказать у автора: e-mail



АвторСообщение
зимбул



Пост N: 42
Зарегистрирован: 10.12.09
Рейтинг: 0
ссылка на сообщение  Отправлено: 01.03.10 17:46. Заголовок: Писания Леана Уга.(продолжение)(продолжение)


Попробую выкидывать дальше. Постараюсь максимально сократить объем.

Спасибо: 0 
Профиль
Ответов - 8 [только новые]


зимбул



Пост N: 62
Зарегистрирован: 10.12.09
Рейтинг: 0
ссылка на сообщение  Отправлено: 11.06.10 22:59. Заголовок: Часть 15. Крушение Г..


Часть 15. Крушение
Глава 1 На строительстве калифинопровода

Начальник полиции довез Профэсора до маленького домика, - управления стройки. Дальше начиналась стройплощадка. Полицейский остался у машины, а Профэсор полез верх по склону. Он не торопился, внимательно оглядывал все уголки стройки: как доставляются и хранятся материалы, прокладываются трубы, сколько дуболомов занято, а сколько шатается попусту. За сараями и штабелями, выйдя на открытое место, он остановился. Запрокинул голову и внимательно оглядел уже установленный, объемистый резервуар напорной башни. На самом верху мелькнула фигурка Желтизны: ротный свесился, два раза махнул руками и скрылся.
Слева от башни возводилась первая стальная опора будущего моста, среди толкущихся там Профэсор разглядел и генерала. Но подходить к нему пока не стал. Переведя взгляд дальше, Профэсор оценил расстояние до соседней горы, с которой мост и водопровод должны были соединить башню. Идея Лан Пирота – строить калифинонапорную башню не на берегу горного ручья, а на отлете, чтобы с башни открывался лучший обзор. Вокруг башни, без сомнения, генерал собирался возвести крепость.
Профэсор прошел еще дальше, миновал массивное основание башни и остановился уже у крутого обрыва. Как и следовало ожидать, вид отсюда великолепный: долины, предгорья, еще дальше сплошное море леса. К лесу сбегает речка, а вдоль нее петляет дорога. Единственная, по которой они сюда и приехали. Сейчас по дороге приближалась машина, груженая бревнами. Или трубами.
--Да! – пробормотал Профэсор. – От будущей твердыни генерала открывается отличная панорама. И привольно, и надежно.
Профэсор подошел к возводимой опоре, но Лан Пирота уже там не было. Сорока, один из строителей, не дожидаясь вопросов, объяснил Профэсору, куда направился генерал. Профэсор сердито хмыкнул, выходило, что надо топать обратно.
--А мне какое дело?! – раздраженный крик генерала Профэсор услышал шагов за тридцать. – Урфин сказал, стало быть, дело решенное. В моей зоне не будет больше государственных складов. Только армейские! Все! Все до одного перевожу сюда. Мало ли, что вам нужно! Вам вообще здесь не-че-го де-лать!
--Быстрый какой! – Начальник полиции говорил зло, но насмешливо. – Теперь все будем у тебя на довольствии, так что ли?
--А склад из Тмеша вывезу в первую очередь! – не слушая, продолжал бушевать Лан Пирот. – Довольствие говоришь? На вас нормы я еще не устанавливал. Может быть твоим лопоухим установить капральские? Или сразу генеральские?
--Нормы? – зашипел, распаляясь, полицейский. – Я вообще не знаю, что это такое. До сих пор обходился без них. И будь спокоен, обойдусь без твоего приказания. Благодетель!
Начальник полиции буквально нырнул в свой автомобиль, захлопнул дверцу и тронулся.
--Стой, полиция! – рявкнул Лан Пирот, с досады пнув ногой заднюю дверцу отъезжающей машины.
Но уехать Начальник полиции не сумел. На подъеме показался грузовик и занял дорогу во всю ширину. Автомобиль Начальника полиции прижался почти вплотную к стене управления, уступая проезд грузовой машине. Генерал сделал быстрый знак рукой, и груженная трубами машина встала как раз рядом с полицейской. Из кабины выпрыгнули 8 коричневого и Понина Старший.
--Помогите вылезти Начальнику полиции, - крикнул Лан Пирот. Но тот уже выбрался наружу и, оттолкнув дуболомов, подошел к генералу. Секунду он смотрел на него сверху, потом слегка наклонился.
--Мы договорим в другом месте, Лан Пирот. И о складах, и о докладной Жерона, и….
Рука генерала мелькнула в воздухе, Начальник полиции осел на руки стоящих за его спиной дуболомов. Понина добавил еще один удар по голове неподвижного полицейского и потащил его в сторону.
Профэсор резко шагнул за Пониной, но, откуда ни возьмись, вынырнул Желтизна и преградил Профэсору дорогу.
--Генерал?! Почему меня останавливают?
Лан Пирот подошел к Профэсору и миролюбиво, но крепко взял его за руку.
--Тебя, Профэсор, никто не останавливает. Гитон! Выведи свою машину. Может быть, она понадобится Профэсору.
--Оживи Начальника полиции!
--Профэсор! Это наши вечные скандалы. Он полежит немного, очнется сам. Я к тому времени успокоюсь. Разговор-то мы не закончили.
--Немедленно оживи…
--Ты не в экспедиции, Профэсор! Здесь приказываю я, - Лан Пирот коротко хохотнул. – Или Начальник полиции. Он – тоже генерал. И не встревай в генеральские распри. Вот тебе машина, поезжай! Займись своими делами.
--Может быть, Профэсор хочет задержаться на нашей стройке? – пробасил Желтизна. Профэсор отступил на шаг. Перед ним в ряд стояли генерал, Желтизна и два дуболома.
--Начальника полиции я сам привезу в Ртужпол, - небрежно, но со скрытой злостью, добавил Лан Пирот. – У нас там через неделю встреча с Урфином.
--Хорошо, - пробормотал Профэсор, - где сейчас Арум?
--Где-то у восточных застав. Поедешь мимо Жерона, уточни у него.
--Зачем ему Арум? – тревожно спросил Понина, глядя вслед отъезжающей машине.
--Что еще за разговоры? А ну, марш! Трубы к третьему складу, - Желтизна подтолкнул 8 коричневого.
--Помчится теперь к Урфину, - сказал он, когда они остались вдвоем с генералом.
--После их последнего разговора? Нет. Урфин крепко недоволен результатами его… экспедиции. – Лан Пирот помолчал. – Ты завтра тоже поезжай. Скажи кому понадежнее, чтобы прикончили полицейских и всех свезли сюда. Надо отучить их совать нос в наши дела.
…Дарук и Бефар приехали к казарме розового взвода в условленное время. Жерона еще не было, но по словам Старосты, он уехал ненадолго.
--Ну как, Профэсор, видел стройку?
--Да, прекрасное место для вас обоих! Вы уверены, что это с согласия Гитона?
--Глупый вопрос, - сердито отмахнулся Дарук, - Желтизна уже привык, что в роте два капрала. Арум на заставе у Нимса с тремя дуболомами, а Ватис во всем соглашается с ротным. Чем не жизнь у Желтизны? А дела в роте – хуже некуда.
--И в мастерских ничего хорошего, - добавил Бефар. – Вот посмотри во второй роте. Другое дело. Голубой взвод уже поставил себе казарму. И дуболомов генерал не слишком решается отвлекать. Все больше берет у Желтизны и Карона.
--У Жерона тоже не все взводы с капралами, - перебил Дарук. – Да только дуболомы, вроде Понины, Сороки или моего Купца, отрядами не командуют. Хорошо, что Жерона держат на самом сложном куске границы, на это хватает понимания. Вся армия на его роте…
--Что-то ты обо мне заботишься, - раздался голос Жерона, и ротный вошел в комнату, - может быть, хочешь во вторую роту?
--У меня свой взвод и своя рота!
--Рота пока не твоя, - раздельно и веско ответил Жерон. Все замолчали, глядя друг на друга.
Профэсор поспешил вмешаться.
--Жерон, ты замещаешь Лан Пирота, пока он на строительстве…. У Дарука неясности с расположением синего взвода.
--А что тут неясного? – Жерон открыл карту. – Перемещаешь взвод сюда, к перевалу, на стык со мной. Серый взвод я отведу восточнее, у них и так большой участок. Давно надо было сделать, да твой взвод был без капрала. А красный, - Жерон повернулся к Бефару, - наоборот, отодвинем вглубь, под Жукпургио. Разберешься заодно, как дела в мастерских. Гитон там давно не был, и Понина бывает нечасто. Салатовый взвод на тебе, Бефар, делай что хочешь, а через месяц должен быть.
--Но дорога-то останется без контроля, - запротестовал Бефар. – Отводишь сразу два взвода.
--Зачем на ней держать два взвода? Переведем сюда Арума, хватит его одного с черным взводом. А под Нимс давно пора отправить Карона. И все встанет на место. Чтоб не было как сейчас: на участке третьей роты командует Арум, а командир третьей роты, из-за отсутствия Гитона присматривает за первой.
--Присматривать-то необходимо, - перебил Дарук. – Участок первой роты – это Жукпургио, путь к Ртужполу.
--Правильно, участок серьезный. И теперь ты с Арумом наведешь в первой роте порядок!
--А как же стройка калифинопровода?
--Вам обоим там делать нечего. С первой ротой и мастерскими вопрос важнее. С генералом я все обговорю сам. Я обещал ему взвод Зимбула, он у меня в резерве. Думаю, этого хватит. Тем более, что голубой взвод, Урфин просил меня пока оставить при второй роте.
Профэсор усмехнулся. Судьбу голубого взвода Урфин определил с его подсказки.

Глава 2 Заговор справедливости

В мастерских под Жукпургио уже несколько дней не смолкали крики, стук, беготня. Бефар пропадал в них день и ночь, то и дело вызывал себе в помощь двух или трех дуболомов из красного взвода; отпускал, а через день звал снова. Все дела по взводу ему приходилось решать через Чижика, который аккуратно появлялся каждое утро с новостями.
Сегодня Чижик привез пакет от Жерона.
--Я и не собираюсь останавливать изготовление дуболомов, это уже жероновы домыслы, - сердито рассуждал Бефар, размахивая перед Чижиком вскрытым пакетом. – Лучше скажи, что во взводе.
Чижик сбивчиво перечислял происшествия. Все как всегда, обычные неурядицы, потасовки. Бефар уже хотел прервать дуболома, но насторожился.
--Приезжали Понина и Купец. Ходили по казарме, но мне ничего не объяснили. Потом уехали, взяли с собой 1 и 5 номера.
--Как взяли? Не спросив тебя!?
Чижик замялся, потом недовольно пояснил.
--Эти двое ушли, ничего не сказав. А потом Понина пообещал, что они скоро вернуться и уехал.
--Ну, это уж слишком! Пора вас привести в чувство! Остаешься здесь, за меня. Вон, три дуболома уже готовы, - показал он куда-то через плечо в открытые ворота соседнего цеха. – Древесину сегодня привезут, делайте следующих. Я приеду послезавтра.
Бефар вскочил в машину и рванул с места. «Устрою им пару дней взбучки! Позабыли, что это такое», - бормотал он себе под нос. Дорога петляла по лесу, и капрал скоро сбавил скорость. Он уже подъезжал к опушке, когда с правой стороны до него донесся сильный взрыв.
«Похоже, что мина», - подумал он про себя и остановил машину. Уже вылезая, вспомнил, что не взял с собой ничего кроме пистолета. Да и к тому же идти через лес, бросив машину! Бефар прикинул, что если выехать из леса на большую дорогу и проехать в сторону взрыва, может быть удастся разобрать что-то с дороги. Он поехал дальше и не успел еще разогнаться, как на дорогу выскочил полицейский, догнал машину и на ходу перевалился в нее.
--3 номер? – узнал с удивлением Бефар полицейского. Тот сначала ничего не ответил, но когда увидел, что капрал начинает притормаживать, схватил его рукой за плечо.
--Бефар, отвези меня отсюда куда-нибудь подальше.
Машина между тем выезжала из леса. Полицейский вдруг юркнул вниз и затаился. Бефар недоуменно посмотрел вперед. Поперек дороги стоял броневик, а возле него Понина Старший с автоматом в руках. Бефар покосился на спрятавшегося полицейского и, не доезжая до броневика, резко затормозил. Понина дернулся было вперед, но увидел, что капрал, выпрыгнув из машины, сам идет к нему, замер на месте.
--Что ты здесь делаешь, Понина?
--Приказ генерала. Обыскать лес.
--И кого искать?
Понина заколебался, потом быстро ответил.
--Просто проверить, нет ли чего подозрительного.
--Так. Я тебе не подозрителен? Так чего торчишь столбом! Быстро броневик с дороги!
Понина, помявшись, отвел броневик в сторону. Пока он его разворачивал, Бефар уже проехал мимо….
--А теперь, полиция, говори, в чем дело?
Бефар, как и все в армии недолюбливал полицейских и никогда не полез бы разнимать дуболома и полицейского, а тем более разбирать, кто из них прав. Но это был 3 номер, сотоварищ по экспедиции, в общем-то, верный и надежный. Полицейский тоже понял капрала и ничего не стал от него скрывать.
--Мы вчера вчетвером прибыли по приказу Начальника полиции в его резиденцию у Тмеша. Начальника не было, всё разбито и разгромлено. Мы ничего не поняли и, когда вышли оттуда, увидели 9 коричневого. Он нам рассказал, что у Начальника произошла большая драка, а затем он уехал в сторону Жукпургио. Ладно! В Жукпургио, в отделении полиции все было заперто. И тогда мы поехали сюда. Здесь есть небольшая наша мастерская. У леса нас остановил Купец, сказал, чтобы мы не ездили в мастерскую. Но все мы уже были настороже и заметили, что за деревьями прячутся дуболомы, и потому никто из нас не вышел из машины. Дорога оказалась заминирована…. Мне удалось убежать, остальных дуболомы перебили.
Бефар посуровел и резко вильнул в сторону. Машину тряхнуло, капрал выругался. Затем спросил:
--Из красного взвода там тоже был кто-нибудь?
--Я заметил 5 номера, - нехотя ответил полицейский.
Бефар промолчал. Он продолжал вести машину и, казалось, забыл про полицейского. Что-то не понравилось ему в происшествии с 3 номером. Дуболомы и полицейские никогда дружно не жили, бывало, собирались и шайки. Но разгром отделения полиции? Дело может кончиться плохо.
--Во взводе я тебя не оставлю. И вообще сейчас туда не поедем, - решил вдруг Бефар и свернул на восток в расположение синего взвода. Не доезжая до казармы, он отвел машину в сторону от дороги. Затем пешком налегке отправился к казарме.
Пять дуболомов стояли в кружок и о чем-то спорили. Увидев капрала, они замолчали и повернулись к нему лицом.
--Позовите кто-нибудь Дарука.
--Дарука нет. Он уехал у Жерону. Вчера вечером, - перебивая друг друга, ответили трое разом.
--Где Купец!? Я спрашиваю, где зам капрала?!
--Скоро будет, - ответил 3 синего.
--Медведь, подойди сюда. Остальные, марш в казарму.
Бефар вместе с Медведем вернулся к машине. Полицейский махнул рукой в знак приветствия, но не особо весело.
--Отвезешь нашего приятеля к Профэсору. Он сейчас у себя на полигоне.
--Что он, сам не доедет? А я не поеду так далеко без приказа Дарука. У нас строго.
--Хорошо, довезешь его до серого взвода. Передашь Лешему, чтобы доставил полицейского на полигон. И учти – это приказ! Лешему то же самое передай. И больше никому. Чтобы 3 номер сегодня же попал к Профэсору. А почему он скрывается, расспросишь по дороге.
Проводив машину, Бефар вернулся к казарме, потребовал себе другую и поехал назад уже спокойный и довольный: пусть во всем разбирается Профэсор…
Гитон выслушал доклад Понины, слегка покручивая головой от досады. Одного упустили. Откуда-то взялся Бефар, пока его спровадили, полицейский ушел. Конечно, если вырвался, разве догонишь.
--Никуда он не уйдет, - попытался успокоить ротного Понина. – через Кезну ведь еще нет моста. Он там наверняка застрянет. Другой дороги в центр все равно нет, Купец ждет в засаде, да с ним еще пятеро. Перехватят!
--Смотрите, если уйдет! Список подготовили? Давай сюда, - Желтизна выпроводил дуболома, внимательно просмотрел список, затем тщательно разорвал его.
Вошел Лан Пирот, захлопнув дверь так, что задрожал весь управленческий домик. Желтизна выпрямился и подтянулся.
--Сколько лопоухих обезврежено?
--Восемь. Четверым послан вызов, скоро тоже будут у нас!
--Так. А еще трое?
--Двое, - поправил Гитон, - один ведь остался в Арсилясе. А два где-то на нашей территории. Дороги перекрыты.
--Дороги! Они и без дорог уйдут.
--Засады тайные и довольно далеко. Надо еще догадаться о них, чтобы идти бездорожьем.
--Ладно. Что еще?
--Выявлены самые убежденные из дуболомов. Начинаем замену. Через несколько дней они будут все переведены сюда. На строительство. Капралов никого не посвящали. Дело у нас тайное. Хоть и справедливое.
--Справедливое! Ты не с дуболомами говоришь. Меня это не интересует. Будет порядок, будет и справедливость. Кстати, эти беглые полицейские не могут скрываться у Профэсора.
--Не знаю. К нему теперь не сунешься.
--Как так?
--Он выпросил у Жерона голубой взвод. Те по старой памяти подчиняются ему, будто своему командиру. А скрутить их всех - это большая заварушка.
Генерал ничего не ответил, молча вышел за дверь. Уже на улице пробормотал под нос: «Опять гадость от Жерона. Мало ему поучать генерала. Еще и делает все по-своему. Вырастили предателя».
…Высоко в небе мелькала какая-то необычная фигура; птица не птица, машина не машина. Плавно вздымались и опадали широкие крылья, но летун все время сбивался с прямого хода, то уходил в бок, то проваливался.
--Не наловчился еще, - сказал 9 голубого, - у меня тоже сначала не выходило.
--Нет, уже неплохо, - ответил Профэсор. Он с тремя дуболомами из голубого взвода, задрав голову, следил за движениями махолета. Но вот летательный аппарат стал быстро снижаться и одновременно уходить к дальнему краю огороженной площадки. Профэсор тревожно переглянулся с дуболомами, и все четверо побежали к месту предполагаемого падения летуна.
Однако полицейский (на махолете летал он) благополучно приземлился. Освободясь от застежек, он побежал навстречу наблюдателям. Те остановились.
--Извините, не рассчитал, - поспешно воскликнул 3 номер, взглянув на разозленного Профэсора. – Я увидел машину на дороге. Хотел быстрее спуститься.
--Что за машина? – насторожился Профэсор.
--Да нет, это, по-моему, наши.
--Все может быть. Быстро в дом.
На всякий случай вооружившись и заняв удобные позиции у окон, все наблюдали за подъехавшей бронемашиной. Но ничего не случилось. Из машины выбрался Сорокопут, за ним 8 голубого. Третьим на землю спрыгнул полицейский, 7 номер полиции.
--Ты угадал, - сказал Профэсор 3 полицейскому, - но, похоже, вашим убежищем воспользовался только он один. Остальных перехватили.

Глава 3 Поражение Лан Пирота

В казарме и на полигоне все затихло. Караульные: полицейский и четыре дуболома разошлись по своим постам, остальные спят. А Профэсор, оставшись один и отключившись от дневных забот, размышляет о последних событиях.
Итак, на полицейских объявлена охота. Хорошо организованная и большими силами. Шайка масочников – игрушки рядом с такой облавой. Странно, но похоже, что все организовал сам генерал. Зачем это нужно командующему армией при его немалых заботах? Каприз?
Еще десять дней назад, когда Профэсор посетил стройку калифинопровода, в действиях генерала не было заметно никакого замысла. Ну разорался, избил Начальника полиции. Дело обыденное.
Правда, Начальник полиции исчез с того дня. Генерал обещал доставить его на встречу с Урфином. Интересно, была ли встреча? Или генерал прилгнул, чтобы успокоить Профэсора. Что-то там было еще, кроме разговора о встрече.
Да, докладная Жерона. О ней упомянул Начальник полиции, и генерал вдруг от ругани перешел к кулакам. А ведь Начальник полиции чем-то явно угрожал! Что за докладная? Спросить у Жерона? Он ничего не скажет. Генерала не любит, но дела армии ни с кем обсуждать не станет.
А ведь по рассказу 3 полицейского, кабинет его Начальника разгромили. Что-то искали? Эту докладную! Вот только нашли или нет?
Что все-таки за докладная? Урфину? Нет. Или генералу, или Урфину через генерала. Иначе не положено, а Жерон не будет нарушать порядка. И Урфин тоже не возьмет докладную от капрала. Даже ротного.
Значит, полиция что-то пронюхала про этот документ. Генерал пытается узнать – что. А пока обезопасить себя, потому что чем-то опасна ему эта докладная. Что в ней все-таки может быть?
Утром Профэсор привел обоих полицейских в свою личную лабораторию. Он тщательно закрыл дверь и провел их вокруг верстаков и стоек в самый дальний угол. Те понимающе переглядывались, но помалкивали, ожидая, что скажет хозяин дома.
--Я хочу задать вам один вопрос, - начал Профэсор без предисловий, - знает кто-нибудь из вас о докладной Жерона, которая не понравилась генералу.
Полицейские молчали. Мало ли, что полиции удалось выяснить о делах армии. Это все секретные сведения, с посторонними не обсуждаются. Профэсор пожалел, что так сразу приступил к делу. Надо было объяснить свои намерения.
--Я не был в стране почти три года. Много изменилось. Мы тоже многое повидали. И что теперь? Армия живет по старинке. Воевать тоже хотят по-старому. Предлагаешь обновить военную технику – отказываются. Советуешь что-то из опыта других стран, из своего опыта – не слушают. Итоги последней войны сомнительные, а она считается успешной, чуть ли не триумфом. Никто ее как следует не разбирает, не изучает…
--Не вся армия думает так, Профэсор. Как раз Жерон… - начал 3 номер, но 7 сильно толкнул его в бок. Наступило молчание.
--Как хотите, - сказал, наконец, Профэсор. – Гнать я вас отсюда не буду. Скрывайтесь, если думаете, что досюда они не доберутся. Генерал доберется!
--Генерал? Хорошо, я расскажу, что знаю, - сказал 7 номер. – Мы с 6-м были в экспедиции Гитона. Потом сопровождали всей экспедицией Урфина на Ускетальские переговоры. За день до подписания мира в Ускетал приехал Лан Пирот, за ним пленные из отряда Зимбула. Или нет, сначала Зимбул.
--Не важно! – перебил Профэсор. – Дальше.
--Генерал вызвал Гитона и Жерона. Очень сильно их ругал, кричал, что они чуть не сорвали весь план войны, вовремя не поддержали армию. Я был через стенку, все слышал. Есть специальный приказ Начальника полиции… - 7 номер осекся, на этот раз его толкнул третий. Полицейские посмотрели друг на друга, и 7, как ни в чем не бывало, продолжил:
--Гитон отмолчался, а Жерон стал сам обвинять генерала. Сказал, что это авантюра, что генерал чудом не потерял армии. Говорил, что мир захотели заключить сами рудокопы, не надо было этого делать. Что пора требовать у Урфина переделки армии… Лан Пирот молчал, потом приказал Жерону составить для него докладную и прекратить такие разговоры. А переубеждать Урфина будет он сам, потому что это очень трудно. Вот и все.
--Так! – Профэсор прошелся взад и вперед, откинул в сторону какой-то ящик. – Значит, ты составил об этом разговоре рапорт?
--Не рапорт, донесение.
--Всё равно. И что предпринял Начальник полиции?
Теперь заговорил 3 номер.
--Это было уже после нашего возвращения. Начальник полиции поручил дело Жерона Сычу. Я ему помогал, но почти ничего не знаю. Сыч работал с кем-то из помощников генерала. Кто неизвестно, но один из пучеглазых ему помогает. Только, Профэсор, я сказал это по секрету и…
--Хорошо, ты ничего не говорил. Что вы узнали.
--Генерал приказал уничтожить докладную. Может быть, Сыч сумел ее достать?
--И тогда Начальник полиции передал ее Урфину?
--Урфину? Нет. Вернее всего она хранится у Сыча или у самого Начальника полиции. Мы подаем Урфину только свои собственные докладные.
Профэсор даже топнул ногой от негодования. Сорвался с места, заметался по лаборатории. Каждый думает о своих делах, общие никого не заботят!
--Идите. Я сейчас напишу письмо. Ты, 3 номер, полетишь на махолете. Урфин должен быть в Ртужполе. Вероятно, там же и Сыч, он начальник особой охраны. Передашь мое письмо Сычу.
Вечером того же дня к полигону Профэсора подъехало шесть машин. К последней даже была прицеплена пушка. С пушки и начали. 8 и 9 коричневого, по иронии судьбы еще сохранившие прозвища Артиллеристов, так как когда-то они управлялись с единственной пушкой в армии, отцепили орудие. Они демонстративно зарядили его и навели на дверь.
Делегация из пяти дуболомов: Понина, Баба Яга, 5 желтого, 6 зеленого и Купец, вошла к Профэсору, размахивая автоматами. Остальные оцепили дом, расставив машины по его углам.
Купец от лица приехавших потребовал предать им полицейских. Профэсор возмутился, обругал всех представителей по очереди, но уступил силе. Полицейского 7 номера отвели в самую большую машину, где уже находились 13 и 14 номера полиции. Затем осмотрели дом от чердака до подвала, все мастерские и лаборатории. Ни о чем больше не спрашивая, заговорщики погрузились в машины и уехали по дороге, ведущей в сторону строительства калифинопровода….
…1 номер взвода Бертоса отворил дверь кабинета повелителя. Лан Пирот резко прошагал в кабинет, дуболом едва успел отстраниться. Генералу пришлось просидеть в приемной почти час, это было не в обычае Урфина.
Знакомый просторный кабинет с узкими высокими окнами, рассеянный взгляд Урфина не успокоили Лан Пирота. Он невольно повернул голову и увидел, что у боковой стены сидят 3 номер полицейский и Сыч. Небывалый случай! Генерал прибыл для доклада, а повелитель не выпроводил посторонних.
Лан Пирот замер на полпути, в упор уставившись на полицейских. В кабинете стало тихо, все четверо молчали. Наконец Урфин вытянул руку.
--Выйдите туда.
Полицейские как будто ждали, разом вскочили и скрылись за дверью. За дверью внутреннего входа; генералу там бывать не приходилось!
Однако Лан Пирот упрямо двинул головой и также решительно шагнул к столу Урфина. Новый сюрприз! Стол совершенно пуст, чего никогда не бывало и на самой середине большая тетрадь. Сомнений нет, это докладная Жерона. Откуда?
Урфин молчал. А Лан Пирот мысленно ругал себя: упустили все-таки. Значит, у Начальника полиции был надежный помощник. Или докладная попала к Урфину раньше?
--Что будем делать генерал? Исчезают начальники полиции, теряются важные документы. Некоторые дуболомы начинают думать, что их враги не роботы, а полицейские. Может быть, ты хотел пройти с армией по стране, пока не истребишь последнего из них. А дальше за кого бы принялся? За Бертоса или Профэсора? Они ведь тоже мешают армии.
--Бертос не при чем, повелитель, - обрадовался поводу возразить Лан Пирот. – А Профэсор действительно повсюду вмешивается. Он к армии же никакого отношения не имеет. И все его затеи…
--Какие затеи?
--Ну, хоть эти – летающие машины, - генерал разговорился, они все дальше уходили от опасной темы. – Если хочет, пусть занимается. Но он же требует и дуболомов, и порошок. Одониз плавить – опять дуболомов давай. А новая его экспедиция? И говорить не стоит!
--Почему не стоит? Он предлагает обойти материк с севера, завершить его изучение. Опыт показывает, что взвода на такое дело мало, значит два. Нужно вернуть оставшихся дуболомов, может быть, отыскать третью экспедицию.
--Это все на словах! Профэсор уже провалил одну экспедицию. Если бы не Литос…
--Да, генерал, тут ты прав. Из Профэсора плохой командир.
--Никуда не годный! Да если взяться как следует, эту его экспедицию… Конечно, если не усложнять! Маршрут без отклонений, хорошее вооружение.
--И опять ты прав, генерал. Ты меня убедил. Никто кроме тебя не понимает, как провести экспедицию. Только ты справишься с этой задачей!
Лан Пирот замер. Неужели Урфин сказал такое?
Урфин тоже замолчал, смотрел в сторону, а пальцы его правой руки постукивали по докладной Жерона. О чем он опять задумался?
--Повелитель, я готов взяться за эту экспедицию, - негромко пробормотал генерал.
…Генерал смирился с поражением. За три месяца он полностью отстранился от дел армии, сдав командование Карону и Жерону. В состав новой экспедиции Урфин зачислил практически только участников «Заговора справедливости» начиная с Гитона. Враги Лан Пирота действительно были очень опасны и слишком много знали. Поздно он за них взялся. Если бы не изменник Жерон, Профэсор – этот полицейский прихвостень, торчал бы сейчас на самом дальнем полигоне, а не ездил бы сюда два раза в неделю с наставлениями.
Но обида, сдерживаемый гнев глохли перед трудной задачей, поставленной Урфином. Генерал не привык иметь дело с полной неопределенностью. И ко всему к этому еще и задание от Пончарии: сбор животных и растений. За это поны берут на себя военное снаряжение экспедиции. Профэсор болтал, что может быть дадут зоолога. Вздор! Какой зоолог поплывет с дуболомами. А если даже найдется, все равно – в экспедиции Лан Пирота не место какому-то там зоологу.
И генерал твердо сказал Урфину, что все вопросы с понами он окончательно решит на Камзапсе. На том и порешили, и последние полторы недели ни Урфин, ни Профэсор не появлялись в экспедиционном городке. Отплытие проходило также во вкусе генерала, провожающих и любопытных не было. Впрочем, через пять дней плот шестой экспедиции должен зайти в Пунск, и только оттуда действительно начнется экспедиция генерала.


Глава 4 От Ртужпола до Пунска


Спасибо: 0 
Профиль
зимбул



Пост N: 64
Зарегистрирован: 10.12.09
Рейтинг: 0
ссылка на сообщение  Отправлено: 11.06.10 23:05. Заголовок: 4 глава пропущена Г..


4 глава пропущена

Глава 5 Новая армия

Прошло полмесяца после отплытия генерала. Урфин уже несколько дней, как перебрался из Ртужпола в столицу, и решил, что настало время заняться переустройством армии. По приказу повелителя в Айнов приехали капралы для большого совещания. При этом Урфин вызвал не только командиров армии, но и представителей всех трех рот.
Капралы появились немедленно, но, как выяснилось, они поторопились. Урфин все откладывал совещание, у него были другие дела. День проходил за днем, все капралы без толку шатались по столице. Наконец им объявили, что Урфин передумал. Устраивать совещание – это напрасно терять время. Просто он примет капралов по отдельности, всех, кто захочет рассказать ему свои соображения.
…На просторной дворцовой площади толпилось семеро капралов. Карон и Жерон стояли в стороне и о чем-то говорили. Напротив центрального крыльца, прямо на каменной брусчатке сидела еще одна кучка капралов, где среди остальных возвышался Ивайло. Все они ждали Урфина Джюса.
Ворота открылись, на площадь въехала машина и остановилась около капралов. Капралы встали и обступили машину, разговоры между ними прекратились. Открылась дверца машины, из нее вышел Урфин. Он кивком головы поздоровался с капралами, и они рукой под козырек отдали ему честь. Урфин посмотрел на капралов и сказал:
--Сегодня я смогу принять всех, а сейчас подождите немного, - и прошел мимо них во дворец. Капралы снова стали переговариваться, дожидаясь приема.
На площади появились Профэсор и Начальник полиции. Профэсор подошел к капралам и хотел что-то спросить у них. В это время Начальник полиции направился прямо к дверям дворца.
--Жерон, полицейский очереди не занимал, а вперед всех лезет, - сказал Ойтос, капрал пятнадцатого салатового взвода.
--Эй, полиция! – окликнул Начальника Жерон. – Куда ж ты прешь не спросясь. Становись в очередь.
Полицейский как будто не слышал. Он хотел открыть дверь, но страж преградил дорогу.
--Урфин еще не принимает.
Начальник полиции отошел от двери, но бросил через плечо:
--Когда будет принимать, я первый. У меня ежедневный доклад.
--Чего захотел, длинный, - брякнул Ельвед. – Урфин нам первым назначил!
--Полицейский, становись после нас, - подошел к крыльцу Карон, - если не хочешь, чтобы тебя вытолкали отсюда.
--Что! – закричал полицейский. – Опять угрозы полиции! Я сейчас позову двадцать полицейских, вас самих отсюда вытолкают.
--Слушай, ты! Не забывай с кем говоришь. Я командир армии, у меня в подчинении сто пятьдесят дуболомов.
--Твои дуболомы далеко, а полицейские здесь, рядом, - ответил Начальник полиции, но уже спокойно. – И не будем спорить.
Карон отошел, но капралы зашумели еще громче.
--Мы и так уже сколько дней дожидаемся. Мы с утра здесь. Гони полицию.
Хлопнула дверь, и на крыльце дворца появился Бертос. Командир личной охраны Урфина быстро подошел к капралам. Шум стих и капралы посторонились. Все побаивались Бертоса, за эти дни пребывания в столице им уже приходилось иметь дело с могучими дуболомами его взвода. Да и сам Бертос был скор на расправу, мог побить любого за непослушание и хулиганство.
--Почему шумите? – удивленно спросил Бертос. – Вы разве не знаете, что во дворце шуметь нельзя.
Капралы молчали, зная, что будет нагоняй. Бертос подошел к Жерону.
--В чем дело? Почему они шумят?
--Разберись сначала с Начальником полиции. Он затеял этот базар.
--Они тебя обманывают, Бертос, - начал полицейский, но Бертос отмахнулся и снова оглядел капралов.
--Я не собираюсь ничего выяснять! Чтоб было тихо! – и Бертос удалился.
--Правильно, сами разберемся, - сказал Ивайло, подошел к Начальнику полиции и слегка подтолкнул его. Полицейского схватили под руки два капрала и хотели оттащить его в сторону. Начальник полиции сильно рванулся и подножкой сшиб Никлона, державшего его за правую руку. И тут же другой капрал, Ватис, перелетел через его голову, и с силой ударился о каменный пол площади. Начальник полиции освободился и отскочил в сторону. Но теперь на него налетели все пятеро капралов.
Великолепно владея приемами борьбы, полицейский отбивался от капралов и нападал сам. Но Ивайле наконец, удалось подмять его под себя. Другие четыре капрала, подскочив со всех сторон, помогли ему одолеть изворотливого полицейского.
А тем временем начался прием, оба командира армии и Профэсор вошли в большой приемный зал дворца. Дуболом из охраны Урфина предложил им сесть на железные стулья, сделанные специально для дуболомов. Первым Урфин пригласил Профэсора.
Профэсор показал Урфину образец выплавленного одониза со следами испытаний на прочность. Затем рассказал, как идут дела с опробованием модели самолета, и перешел к своей просьбе.
--Повелитель, мне нужно для специальных экспериментов большое количество живительного порошка. Я прошу тебя дать мне этот порошок и разрешить в любое время дня и ночи брать его из государственных складов. Все это я хочу сделать для того, чтобы лишний раз не беспокоить тебя.
Урфин молча выслушал Профэсора и дал ему разрешение на вход в любой склад в любое время суток.
Следующими посетителями были Жерон и Карон. Они вошли в кабинет и в нерешительности остановились возле стола Урфина. Важнейший вопрос должен, наконец, сегодня решиться…
…Страж, стоявший возле двери дворца, молча наблюдал за капралами. Когда они стали бить Начальника полиции, он посчитал, что это нарушение правил поведения на территории дворца и решил усмирить заносчивых капралов. Он схватил двух капралов и поволок их в небольшой подвал, который дуболомы называли отсыпальник. Во всех крупных центрах были такие подвалы, они предназначались для дуболомов. Но туда могли попасть все, кого блюстители порядка и тишины встретят или найдут подвыпившими на улицах.
Открыв дверь этого подвала, страж бросил туда двух капралов. Остальные, увлеченные дракой, не заметили, как к ним снова подошел страж. Он схватил сразу трех оставшихся капралов. Одного сильно ударил по голове и оставил на площади, других оттащил в подвал и вернулся за оставленным капралом. Вместе с ним он прихватил и оглушенного Начальника полиции.
Заперев всех в подвале, страж вернулся на свой пост. Из дверей дворца вышел Профэсор и с удивлением осмотрел опустевшую площадь.
--Здесь нельзя оставаться после приема, - сказал страж Профэсору.
--Мне можно, - ответил тот, даже не посмотрев на стража.
--Нарушение правил, - раздался вдруг голос стража над его головой. Не успел Профэсор понять в чем дело, как очутился в воздухе. Открыв дверь подвала, страж опустил Профэсора, и тут же снова закрыл ее. Из подвала послышались крики и угрозы. Но страж уже снова встал на свой пост.
Двери дворца снова открылись, и на пороге появился Жерон со столитровой бутылью калифина, подарком Урфина. Страж посмотрел на него, и ему показалось, что капрал покачивается. «Снова нарушение правил», - подумал страж, но сделать ничего не успел. Из подвала послышались глухие удары и его стенка рухнула под дружным натиском капральских кулаков. Страж разозлился: на территории дворца сломали подвал, куда он будет сажать дуболомов. Да и ему попадет.
Стаж бросился ловить капралов, но они разбежались. На площади остался один Жерон, страж подошел к нему. Отняв у него калифин, страж выпроводил командира армии за ограду. Так закончилось совещание по преобразованию армии.
Жерон и Карон получили от Урфина разрешение употребить все силы армии на скорейшее увеличение ее численности до пятидесяти взводов. Все свободные дуболомы приступили к заготовке невиданно огромного количества железного дерева. Прочие работы, начатые еще Лан Пиротом, были прекращены полностью.
Первую партию срочного пополнения в количестве пятнадцати взводов изготовляли шесть дней и ночей. Когда были сделаны последние дуболомы, первые два взвода были оживлены. Затем оживили еще три взвода, и началось обучение. Никаких названий взводов и имен новых капралов никто не придумывал. Все отложили до конца обучения последнего из новых взводов. Взводы и капралов различали по номерам. Пока шло обучение, армия продолжала увеличиваться.
Нелегко пришлось капралам и дуболомам старой армии. Надо было беречь каждую минуту, чтобы превратить новичков в умелых бойцов в такой короткий срок. Обучение двух первоначальных взводов шло дольше всего. Оно заняло почти три месяца. Дуболомов учили всему сразу: говорить, владеть оружием, даже ходить. Некогда было дожидаться, пока они научатся этому самостоятельно. Через два дня после обучения двух взводов, закончилась подготовка еще трех. Сказался накопленный опыт.
За последующие полтора месяца силами всей армии было подготовлено к службе пятнадцать взводов. Девять из них сразу было направлено к границе на восточный участок за Нимс. Следующие десять взводов еще проходили обучение….
Рано утром над лесом, находящимся недалеко от Жукпургио, показался дуболом, летящий на махолете. Покружив над полем, где шли занятия с новыми дуболомами, он стал резко снижаться. Пилот так торопился, что ему не удалось совершить посадку, и, задев крылом дерево, он упал на землю вместе с летательным аппаратом. К нему подскочили дуболомы и помогли выбраться из-под крыльев.
--Где командующий? – спросил прилетевший дуболом.
--Он около казармы, - ответил один из новеньких.
Дуболом, который прилетел, побежал к казармам. К нему навстречу вышел Карон и спросил, что случилось.
Дуболом, а это был 7 сиреневого, пересказал заученное сообщение.
--Сегодня утром рудокопами был нарушен мир, и они перешли границу. Наши пограничные заставы не в силах сдержать превосходящие силы противника, отступили с большими потерями. Рудокопы используют новое оружие огромной разрушительной силы.
--Я знал, что они скоро развяжут новую войну, - невозмутимо ответил капрал.
Седьмой номер попросил у Карона машину, чтобы выполнить поручение Никлона, доставить в Ртужпол письмо Урфину Джюсу. Гонец уехал. Командующий приказал собирать дуболомов и оружие.


Спасибо: 0 
Профиль
зимбул



Пост N: 65
Зарегистрирован: 10.12.09
Рейтинг: 0
ссылка на сообщение  Отправлено: 11.06.10 23:11. Заголовок: гл 5-7 Диндония начи..


гл 5-7 Диндония начинает войну, применяет новое оружие, дуболомы отступают
(пропущено)

Глава 8 Вестники беды

Вылет был назначен на 29 июля из Витаки, с самого тылового из профэсорских полигонов. Война шла уже пятый день. Единственный боевой самолет, построенный и испытанный Профэсором, мог бы очень пригодиться на фронте. Но Урфин решил, что сначала нужно предупредить экспедицию Лан Пирота о возможном нападении рудокопов, если генерал случайно встретится с ними в океане.
Разбежавшись по травяному полю, самолет стал медленно набирать высоту. В самолете находились два дуболома из салатового взвода – 8 и 10 номер и летчик, последний из шести. Летчик вел самолет, а дуболомы открыли хвостовой люк и наблюдали за удалявшейся землей. Самолет вошел в облака, и дуболомы, закрыв люк, проползли в салон, усевшись недалеко от летчика.
8 салатового постучал кулаком по стенке и довольно проговорил:
--Хорошая обшивка, выдерживает выстрел в упор из 100мм орудия. Это не рудокоповские жестянки.
--Точно! – ответил 10 номер, вспоминая бой под Дирокеном. – Вот слетаем, вернемся и на фронт. Зададим жару диндонским керосинкам.
Самолет пока летел над своей страной в направлении на Пунск, оттуда нужно было идти по маршруту экспедиции. Управление самолетом было очень простое, им могли управлять все трое членов экипажа. Но пока у штурвала оставался летчик. Он лучше всех ориентировался в воздухе и по проходящей под самолетом местности. Когда вдали показалось долгожданное море и самолет, на высоте семь тысяч метров повернул на курс экспедиции, летчика сменил 8 салатового. Дуболом взял штурвал и увеличил обороты винта, одновременно он направил машину на снижение.
Самолет стремительно несся над океаном на высоте 700метров. Вдалеке показался корабль, очевидно понский. 8 номер потянул штурвал на себя, и ширококрылая одонизовая птица взмыла вверх. Поднявшись на три тысячи метров, самолет перешел в пикирование. Судно оказалось пипским.
Дуболом снова вернул самолет на прежний курс. Поднялся на заданную высоту и продолжил путь. Прошло двенадцать часов полета. 10 салатового, который осматривал море через задний люк, увидел небольшой деревянный корабль. Он был сильно потрепан морем и ветром: мачта сломана, парус сорван и сам корабль накренен на бок.
--Мертвый корабль, - сказал 8 салатового и провел самолет очень близко над кораблем. На палубе, придавленное мачтой, неподвижно лежало тело поны. Описав еще один круг над мертвым кораблем, самолет продолжил свой путь.
Через час с правого борта самолета 8 номер увидел небольшие коралловые острова. Они не знали, что эти острова генерал назвал островами Раздора. Самолет сделал над ними круг и полетел дальше.
Еще два часа полета остались позади. Самолет продолжал лететь над Узугедрийским морем между Элсантопией и огромным островом Чаперахе. 10 салатового лежал на полу самолета и внимательно осматривал через люк море. Его наблюдения прервал резкий гул, доносящийся откуда-то сверху. Он не смог посмотреть вверх и переполз к пилоту. Летчик тоже с удивлением смотрел вверх, недоумевая, что же это такое.
10 номер по плечи высунулся из кабины. На этот раз он увидел источник этого резкого гула. К самолету приближалось тело стреловидной формы.
--Черт знает, что это такое, - проговорил 10 салатового и пополз назад к пулемету.
--Наверное, очередная выдумка рудокопов, - предположил 8 салатового. – Давайте вернемся, нужно будет доложить об этом Профэсору.
Сзади послышались выстрелы, это стрелял 10 номер. Летчик и 8 салатового увидели ракету очень близко, она проходила метрах в ста с левого борта. Простучали две пулеметные очереди, но казалось, что пули даже не попадали. Летчик перехватил штурвал. Он до предела увеличил скорость и одновременно самолет резко пошел вверх. Ракета оказалась впереди. Самолет стал снижаться, скорость достигла 700. Но ракета развернулась и почти сразу достала самолет. Летчик пытался увести машину, но все попытки были напрасны. Ракета оказалась над самолетом и две металлические руки крепко обхватили его. Дуболомы оказались в плену. Что делать?
А ракета, набирая скорость, поднимала самолет вверх. Дуболомы решили прыгать. Через люк в хвосте они покинули самолет и с высоты 1500м упали в море. Летчик и 8 салатового через некоторое время всплыли на поверхность и огляделись. Дуболом хуже летчика держался на воде, так как был изготовлен из более тяжелого дерева. 10 номер почему-то не всплывал, это очень удивило его спутников. Но тут он показался и сказал, что ему пришлось бросить автомат, который тянул в глубину. Все втроем они поплыли к чужому берегу.
Плыли долго, берег Чаперахе выступал все отчетливее. Он был песчаный, и песок тянулся на несколько километров вглубь острова. Дальше уже как будто виднелась кромка леса. С неба снова донеслись чужеродные звуки, над дуболомами делала круги крылатая машина.
--Автоматов нет! – пробормотал, задрав из воды голову, 10 салатового.
--Это не то, - предположил летчик. – Какой-нибудь понский самолет. На нас-то напал «снаряд».
--Ну, конечно, понский! – передразнил 10 номер. – А кружит над нами зачем?
--Нырнем под воду, - предложил 8 салатового.
Но дуболомы уже почувствовали дно. Начиналось мелководье, а до берега было еще далековато.
--Быстрее к берегу, - закричал 10 салатового, услышав какой-то свист. И тут в десяти шагах от дуболомов в воду ударило тяжелое тело. Взрыв бросил на них волну, которая опустившись, стала ледяной коркой. Ноги тоже охватил лед. 8 номер напрягал все тело, пытаясь выдрать хотя бы руки. Своих спутников он не видел, их накрыло с головой.
А по морю уже несся катер, прямо к ледяной площадке. На лед спрыгнули серебристые фигуры людей. 8 салатового освободил все-таки левую руку и отчаянно колотил лед. Но три мгалианина подобрались справа. Они уверенно и привычно поддели его голову длинными блестящими «щипцами»….
Дуболомов увезли в научно-исследовательский центр, который был переведен в Шарантуш.
…8 салатового очнулся и увидел перед собой рудокопа. Он попытался поднять руку и ударить наглеца, но безуспешно. Его руки были крепко прицеплены к ногам, а ноги очевидно к полу. И вдруг 8 номер почувствовал, что кто-то мысленно ему говорит: «Успокойся, это наши друзья». Он повернул голову, и каково же было его удивление. В углу небольшой комнаты стоял 4 номер белого взвода – один из членов 3 экспедиции.
--Я сейчас тебе все объясню, - сказал 4 белого. Он коротко рассказал, как постепенно разлагалась команда на Посудине, как на корабль напали рудокопы. Рассказал о событиях, которые произошли с четырьмя уцелевшими дуболомами, о встрече с мгалианами. Тут незнакомый рудокоп жестом остановил 4 белого.
--А теперь познакомимся, - сказал он, - меня зовут Леан Уг.
При этих словах Леан Уг освободил 8 салатового…
Через несколько часов с аэродрома Шарантуша поднялся в воздух самолет с экипажем в пять дуболомов. Он взял курс на северо-восток к месту роковой встречи третьей экспедиции с диндоновской военной эскадрой.
Погода была прекрасной, дуболомы с высоты 10км увидели километрах в трехстах большой остров. Летчик стал снижать самолет и разворачивать его влево от острова. Сзади послышался голос 8 салатового.
--Осторожно, диндонцы справа.
Летчик стал резко набирать высоту и тут сам увидел два истребителя рудокопов. Они были уже рядом. 3 красного высунулся из люка и открыл по самолетам огонь. Один истребитель прошел совсем рядом, и 3 красного рухнул в кабину, пораженный из его пушек. Зато 4 белого удалось прошить из пулемета второй истребитель. К нему присоединился 8 салатового, и через минуту огонь двух пулеметов сбил и второй самолет.
--Куда будем садиться? – прокричал летчик. – Не на остров же!
--Конечно нет, - ответил 10 салатового. – Вон туда, правее, прямо в море. Потом поднимемся. Мы уже так делали на Ферлейском озере.
3 красного и 4 белого только переглянулись.
--Еще один диндонец, - сообщил 8 салатового.
--Пусть нападает, подумает, что сбил нас!
Самолет терял высоту. Рудокоповский истребитель прошел сверху, обстреливая дуболомов. 8 салатового отвечал, но без успеха. И диндонцы увидели, как вражеский самолет коснулся поверхности моря и почти сразу исчез в глубине.
Шлепок об воду был очень резкий. Затем все тело самолета затряслось, но это продолжалось несколько секунд. Двигатель самолета летчик остановил незадолго до падения, и теперь крылатая машина просто тонула.
--Такое не умеют даже мгалиане, - сказал 4 белого. – Как вы ничего не поломали?
--Это называется одониз, - похвалился 10 салатового, - а самолет Профэсор укреплял специально для таких случаев.
--А теперь мы спрячемся, - продолжал он уже деловито. – В самолете остаются летчик и 8 номер. Вполне могут появиться рудокопы и возьмут вас в плен. Там вы должны встретить наших. Или Руя Фиса. Но тут поосторожнее.
…Уже почти совсем стемнело, когда у самого берега острова из воды вынырнули три дуболома. Они огляделись и осторожно выползли на сушу, прячась среди больших камней.
--По мгалианской карте с этой стороны острова стрельбища и полигоны, - сказал вполголоса 4 белого. – Ночью, наверное, это самая безлюдная сторона.
--Проползи подальше, посмотрим, что там.
4 белого, стараясь не шуметь, пополз вглубь берега. 10 салатового и 3 красного ждали, напряженно вслушиваясь в тишину. Скоро они услышали, что их разведчик возвращается.
--Проволока натянута, в три ряда. И между рядами – перемычки. И вверх еще какие-то штырьки торчат. Антенны или что-нибудь похожее.
--Какие такие антенны? – спросил 10 салатового.
--Это долго объяснять, - вмешался 3 красного. – Понятно одно, здесь мы, вернее всего, не пройдем. Давайте по берегу. В ту сторону он вроде пониже. Может быть, найдем песчаный участок.
--Подкоп будем делать что ли? – хмыкнул 10 салатового. – Попробуем, ничего другого не придумаешь.
Камни действительно скоро кончились, началась песчаная коса. Дуболомы подползли к ограждению. Хоть и наступила ночь, но их зрение позволяло внимательно все рассмотреть. Недалеко от них в море впадал ручеек. Он тек со стороны отдаленных холмов, поросших кустами и кривыми низкорослыми деревьями. К одному из этих холмов они решили вести свой подземный ход. Инструментов не было, но песок, хотя и плотный, поддавался и рукам. Впереди всех, прокладывая ход, двигался 3 красного. Два его товарища, лежа на боку, руками и ногами выталкивали взрыхленный песок наружу. В подкопе уже скрылись все трое, и, судя по расстоянию, миновали сигнальное заграждение. Внезапно 3 красного пробил земляную стенку и провалился в какую-то пещеру. Оттуда донесся шум возни, странное хриплое ворчание, удар и все стихло.
--Что там? – спросил, подползая к дыре в стенке, 10 салатового.
--Здесь в норе какой-то зверь. Здоровый, как медведь. Я его пристукнул, ползите сюда.
Лаз из норы вывел к ручью. 4 белого выглянул наружу и тут же отшатнулся назад. По берегу бегали лучи прожекторов, а из глубины острова ясно слышался шум приближающихся машин.
--Уходим быстрее! Сигнализация сработала!
Дуболомы кинулись назад: через подкоп и в морские волны. Им ничего не оставалось, как снова вернуться на маленький островок; обломок скалы, торчащий из моря.
На рассвете до них донесся рокот мотора, к островку подошел рудокоповский катер. Затаившись, дуболомы наблюдали странную картину. Один-единственный робот, к тому же без оружия, перенес на островок какой-то чемодан, бросил его и вернулся на катер. Катер тут же отошел и, описав дугу, остановился довольно далеко с противоположной стороны острова.
10 салатового приблизился к оставленному чемодану и с опаской открыл его. Остальные на всякий случай встали подальше.
--В нем больше ничего нет, - сказал 10 номер, показывая товарищам большой свернутый лист, и тут же развернул его. – Я ничего не понимаю.
--Покажи! – подошел 4 белого. – А, это по-мгалиански. Слушайте: «Наш друг восемь-пятнадцать…». Кто такой?
--8 номер пятнадцатого взвода, - ответил 3 красного, - дальше читай!
--«…передал привет и указал место. Я один, со мной только куклы». Ага, роботы. «Покажите, что хотите меня видеть».
Через полчаса катер вернулся на старое место. В воде у самого берега плавал оставленный роботом чемодан. На островок быстро перебрался офицер с капитанскими погонами.

Глава 9 Восстание обреченных

Сегодня ночью! Инженеру Дивумбу казалось, что он уже давно примирился со своей участью. Но стоило появиться даже легкому намеку на спасение и он готов ему поверить. Поверить? Можно ли верить этому странному офицеру? Он сказал, что ненавидит войну, что в Диндонии у них много сторонников. Много, много чего он наговорил.
И не слишком ли громадная задача – захватить поселок и порт? Конечно, ни для кого не секрет, что ночами роботов перебрасывают патрулировать западный берег острова. Туда пытались проникнуть какие-то дуболомы. Якобы, успевшие выпрыгнуть с подбитого самолета.
Офицер обещал, что пленным дуболомам, не новым, а всем сразу, будет организовано освобождение. Но они не уйдут тихо, без взрывов и стрельбы. По-другому они просто не смогут вырваться из центральной части острова, где их держат. А когда дуболомы и роботы будут драться между собой, пленникам представляется случай освободиться. Ворваться в порт, захватить корабль и отплыть за море. Все это нереально! Хотя с другой стороны, дожидаться здесь тоже нечего.
Дивумб пододвинулся ближе к своему напарнику (колонна уже подходила к баракам).
--Тивер, сегодня ночью что-то будет.
Пона лишь пожал плечами, все еще широкими и сильными, хотя сам он сильно осунулся и исхудал. Однако в бараке он сразу подошел к инженеру, вопросительно глядя ему в глаза. Дивумб сделал знак глазами, и они отошли в дальний угол коридора к зарешеченному окну.
--Может быть, сегодня ночью представится возможность убежать. Надо подготовиться. Кстати, если бы еще сломать эту решетку.
--Я давно бы ее вырвал, - бросил Амшал Тивер презрительно, - было бы куда бежать.
--Не горячись. Ночью все станет ясно. На всякий случай встретимся здесь через два часа. Что-то станет ясно…
Через два часа как раз сменялись патрули, поэтому ошибиться во времени было трудно. Оба сообщника сошлись в темноте у окна, еще не зная толком, чего они ждут. Молчали, прислушивались. Было тихо, вот невдалеке от их окна прошел офицер и с ним три робота – один из двух ночных патрулей барачного городка.
--Что это вы затеяли? – спросил вдруг хрипловатый насмешливый голос. Дивумб вздрогнул, но узнал: это один из их соседей по бараку, пип по прозвищу «Седой», пожалуй, самый неуживчивый из пленников.
--Бежать вздумали? – продолжал Седой, понизив голос. – Так чего ждете?
И в это время со стороны завода послышались частые переливы нескольких гудков. Такое иногда случалось и прежде, это была обычная сигнализация, что-то в реакторах сбилось с режима. Но сегодня Дивумб и Тивер невольно припали к решетке.
--Ага! Вы что-то знали! – обрадовался Седой. – А может, и сами подстроили? Вы же две недели как в цехах работали. Я знаю, ты, инженер – хитрый…. Так чего встали? Действовать надо!
Тивер как будто и ждал этих слов. Он молчком вцепился в угол решетки, и она с хрустом отделилась от рамы.
--Здорово! – донеслось из темноты коридора. Оказывается, Седой был не один. Какой-то юркий пип моментально возник у окна, высунулся, послушал и вынырнул наружу. Следом вылез еще один, за ним неуклюже протиснулся в узкий оконный проем один из пон.
--Тише, вы! – громко прошептал Седой. За окном послышались четкие шаги – патруль возвращался. Амшал Тивер, все еще держащий в руках решетку, прижал ее к окну и замер. Он надеялся, что офицер ничего не заметит, так как вылезшие пленники отшатнулись в тень соседнего барака, а на окно прямой свет не падал. Но офицер подошел прямо к окну.
--Ты чего здесь делаешь! – заорал он на припавшего к решетке Тивера. – Сейчас же отойди от окна!
Силач, как будто не слыша, неподвижно смотрел на патрульного. Диндонец почувствовал неладное.
--Роботы! – скомандовал он и осекся. Пона и пип за его спиной подмяли сразу трех роботов, а третий беглец сшиб офицера камнем в голову. Рудокоп упал без звука, но роботы упорно сопротивлялись, всячески вырываясь из объятий напавших. Амшал отставил решетку и полез в окно. С его помощью роботам без труда свернули головы. В окно вылезло еще несколько человек, остальным Седой приказал пока оставаться в бараке.
Самые решительные ушли. Предстояло обезвредить другой патруль ликвидировать два поста, у ворот и на центральной площадке. Дивумб был в числе оставшихся. Он, в отличие от остальных, внимательно прислушивался, пытаясь понять, что происходит на заводе. Там на какое-то время установилась тишина, но вот сигналы возобновились. Похоже было, что кто-то сознательно вносит помехи в работу агрегатов. И Дивумб уверился, что событиями этой черной непроглядной ночи руководит невидимая рука.
Со стуком, топотом распахнулась дверь барака, и ввалились возбужденные участники вылазки. Некоторые из них были вооружены ружьями роботов. Радостный Тивер кинулся к Дивумбу, он вертел в воздухе какой-то металлической болванкой.
--Мы их перебили! Они ничего не подозревали!
--Не галдеть! – скомандовал Седой. – Нужно десять человек, вскрыть остальные бараки. И никому не вылезать без общего сигнала.
Началось небывалое. Забитые невольники рвались немедленно действовать. В барак подходили самые активные и отчаянные, вокруг Седого образовался кружок спорящих. В конце концов, верх взял один из недавних пленных Гаминт Куларон – сутулый пип с перебитым носом. По его решению восставшие, вооружившись, кто чем мог, двинулись на поселок рудокопов, в котором жили специалисты и офицеры гарнизона. Передовой отряд – двадцать человек с ружьями и с ними еще двадцать, самых опытных в драке, должны были напасть на казарму портовой охраны, примыкавшую к западному краю поселка. В ней не могло быть больше полусотни роботов, остальные на постах, которые на ночь усиливают. Если налет на казарму застанет врасплох офицеров, роботы без их команд не страшны.
Дивумб и не отходивший от него Тивер шли во втором, большом отряде под командованием Седого. Этот отряд по плану Куларона обкладывал поселок с юга и юго-востока. Именно в этих направлениях кинутся диндонцы, если поднимется тревога. Ведь на острове, где каждый диндонец носит личное оружие, прямое нападение на поселок может закончиться плохо.
Повстанцы шли быстрым шагом, насколько позволяла пасмурная безлунная ночь. Темень скрывала окрестности, лишь справа, почти у горизонта мелькали огни порта. Поселок еще не был виден, его закрывали холмы. Дивумб, никому ничего не говоря, в глубине поражался безумству замысла: как в такой темноте добиться согласованных действий буйной толпы. Поны и пипы вокруг него не разделяли этой тревоги, они шумно дышали, возбужденно перекликались. Тивер, шедший рядом с Дивумбом, даже подвывал от радости.
Отряд еще не дошел до места, он переваливал последний холм, когда где-то в районе казарм вспыхнула беспорядочная перестрелка. Поселок внизу тут же осветился огнями окон. И не дожидаясь команды, полувооруженная ревущая масса понеслась вниз. Дивумб слышал, как позади что-то кричал Седой, но побежал вместе со всеми.
Гомон, топот, дикие выкрики затопили поселок, началось избиение отчаянно отстреливающихся рудокопов. Напрасно Куларон опасался серьезного отпора, вырвавшиеся на свободу поны и пипы задавили тщедушных рудокопов своим превосходством в физической силе. Пистолеты и ружья постепенно переходили в руки атакующих. Драка сменилась взаимной перестрелкой, и диндонцам окончательно пришел конец. Негде стало ни отбиться, ни укрыться – восставшие высаживали окна и двери, врывались в дома. Злоба сменялась алчностью, изголодавшиеся пленники дорвались до буфетов и кладовых. Кто-то поджег двухэтажное здание офицерского клуба на центральной улице, где еще пытались укрыться уцелевшие обитатели поселка. Пожар осветил окрестные дома и переулки, к нему начали стягиваться победители.
По поселку уже бегали посыльные от командира Куларона, пытались собрать воинство и вести его дальше, на порт, весь остров наверняка давно гудел тревогой. Дивумб был одним из посыльных. Он вытащил из-за пиршественного стола Амшала, и в ответ на негодующие крики его сотрапезников опрокинул весь стол.
Уже кое-как вооружившиеся, повстанцы сбивались в штурмовые колонны, командиры и обстоятельства торопили. Чуть-чуть начинало светать, а ничего еще не было сделано.
В порт войско восставших вошло почти без боя, отвечая дружными залпами на встречные выстрелы. И только дойдя до причала, все поняли, в чем дело. Не рассчитывая силами портового гарнизона защитить весь порт, рудокопы заняли оборону на пришвартованном корабле. Началась перестрелка. Лазутчики Куларона отыскали в одном из хранилищ склад роботовского оружия. Командиры повстанцев спешили вооружить своих бойцов, чтобы скорее преодолеть последнее препятствие. А со стороны большого шоссе все явственнее нарастал гул приближающихся машин. Это шла подмога одним и гибель другим.
Куларон отрядил Седого и двух пон из штаба организовать защиту порта. Они повели наспех собранный отряд возводить баррикаду на въезде. В основном это были поны. Большая часть пипов во главе с самим Кулароном сосредоточилась для атаки на занятый роботами корабль. Подбадривая себя руганью и криками, пипы пошли на штурм. Их подгоняло чувство обреченности и надежды. Методично отстреливающиеся роботы валили атакующих десятками, но чтобы остановить такую атаку нужны были не ружья, а пулеметы. Нескольким пипам удалось взобраться на корму, бой перекинулся на корабль.
Как раз в это время Дивумб оттащил Амшала Тивера в сторону. Пона еще не остыл от возбуждения боя, он готов был отшвырнуть приятеля и снова бежать туда, откуда неслись выстрелы и победные крики. Но он привык верить инженеру.
--Мы еще успеем! Бежим на дальний край причала, я там видел катер.
--А корабль?
--Надо еще запустить его машины. Еще суметь вывести из порта. А с катером я и один управлюсь.
--А потом? В океане?
--Не знаю! Знаю одно – катер единственный путь, хоть какая-то возможность спастись. Бежим, пока об этом не догадался кто-то другой!
…Капитан Сент Зилар, он же Руй Фис, наблюдал за событиями с крыши корпуса спецкомплекса – одной из самых высоких точек острова. Время от времени он связывался по радио со своими четырьмя помощниками. Ночь уходила, сумерки светлели, зарево в районе поселка и порта уже не бросалось в глаза, а только угадывалось. По расчетам капитана, роботы, переброшенные из центральной и западной частей острова, обложили захваченный порт. Может быть уже и отбили, но перестрелка еще продолжается. Пора действовать. Он подал радиосигнал и, услышав отзыв, скомандовал:
--Выводи! И проводи сам до самого ангара. Потом доложишь!
Капитан подошел к надстройке над люком и спустился с крыши внутрь здания. Его кабинет был недалеко, единственный незапертый во всем пустом здании. Но свет из предосторожности капитан все-таки не зажег. Он позвонил охране лаборатории спецроботов и подтвердил свой недавний приказ: никому в эту ночь не передавать ни одного боевого робота. Их объект имеет особую важность.
Начальник охраны ответил, что ему уже дважды приказывали прислать всех лишних роботов к порту, но он отказался это выполнить без разрешения господина Зилара. Руй Фис усмехнулся – вот что значит считаться представителем Стального Союза.
Он мысленно оглядел остров. В порту идет бой; как он закончится, уже неважно. Один из его помощников держит в напряжении завод: вся ночная смена на ногах, пытается не допустить аварии, а до нее недалеко. Другой ведет сейчас окольными путями трех дуболомов к особому ангару. Так условно называется ночное обиталище пленных дуболомов. Все подготовлено, пусть бегут. Когда еще они доберутся до своих без корабля, без самолета…
Эти дуболомы – страшная сила. Кто еще смог бы просидеть сутки на дне портовой гавани? Они совмещают в себе преимущества и человека, и робота. Кажется ученые болваны из группы Уга этого до сих пор не поняли. Впрочем, человека – это слишком! Деревянные лазутчики так и не проникли бы на остров, если бы Руй Фис не провез их, прицепившихся к днищу его катера.
Запищал сигнал, капитан щелкнул кнопкой передатчика.
--Командир, это вы? Все в порядке. Они уже уходят.
--Проводишь до моря и сообщишь. Выполняй!
Итак, почти все позади. Руй Фис усмехнулся: какая бурная ночь! Сожжены поселок и порт, перебиты почти все специалисты, бежали дуболомы. Из невольников тоже мало кто уцелеет. Так и надо, Диндония становится слишком сильной.
Для полной картины не хватает еще, чтобы взорвалось хранилище с готовыми ракетами. Очень не хватает! Уцелеет ли лаборатория спецроботов? Она за грядой, почти у самого мыса. Весьма предусмотрительно.
Руй Фис вызвал тех, с кем за ночь еще ни разу не связался.
--Вы готовы? Все на месте?… Через полчаса!
Зазвонил телефон.
--Это вы, Зилар? Какого черта вы там делаете? Здесь у нас на счету каждый человек. Только что отбили порт, но корабль у них и они уже отчаливают. Если бы не ваше упрямство…
--Я уже выезжаю. А с кораблем дело серьезно. Нельзя допустить! Ничего не поделаешь, примите крайние меры. Кто же знал, что такое случится.
Капитан бросил трубку и посмотрел на часы. Не пора ли спуститься в подвал?
…Катер медленно относило легким ветерком, на него никто не обращал внимания. От дальних причалов доносилась отчаянная стрельба, туда роботы оттеснили большую часть восставших. Другой отряд роботов перестреливался с кораблем, который уже отвалил от причала и медленно разворачивался.
--Все из-за вас, Дивумб! Они спасутся, а нам конец!
Дивумб не отвечал, он следил за маневрами корабля.
--Они нашли какого-то опытного человека. Или захватили у рудокопов. Молодцы. Успокойтесь, Тивер, скоро и мы запустим мотор. Если все будет хорошо, в море мы успеем подать сигнал, и они возьмут нас на борт. А пока осталось чуть-чуть, чтобы нас отнесло вон туда, за мол.
--Да пропадите вы с вашими вечными предосторожностями.
Корабль уходил, по причалу бегали рудокопы, все было отлично видно, так как уже наступило утро. Дивумб хмурился, он предпочел бы ночь. Впрочем, все хорошо не бывает. Инженер спустился к мотору и занялся его запуском. Внешний вид не обманул, машина была в отличном состоянии и сразу заработала. Дивумб поднялся из машинного отделения и встал к рулю. Наступил самый опасный момент: их заметили, по ним начали стрелять. Если у рудокопов под руками окажется пушка…
Грохот огромного взрыва отвлек внимание инженера. Корабль, уже выходящий из бухты, опрокинул вздыбившийся фонтан воды. К берегу понеслась бешеная волна, перехлестнула мол и чуть не перевернула катер. И тут же Дивумб дал полный ход, и катер понесся по беснующейся воде бухты в открытое море. Потрясенный Амшал Тивер не произнес ни слова, пока они не отошли от проклятого острова, и он не открылся перед ними весь.
--Как же это, Дивумб?
--Как? Не знаю. Или миной, или торпедой.
--Значит, только мы двое?
--Еще неизвестно, Тивер, еще неизвестно. Ты знаешь, что такое рудокопы. Они никого не захотят выпустить.
С неба донесся шум винта, и оба беглеца испуганно задрали головы. Самолет! Это за ними.
Но самолет пролетел мимо. Он был какой-то странный: необычной формы, необычного сине-зеленого цвета. И Дивумб догадался – дуболомы. Самолет летел на юг, как раз туда и должны удирать дуболомы.
Дуболомам действительно хотелось быстрее удрать. Самолет был битком набит руками, ногами, головами и туловищами. Одиннадцать дуболомов смогли уместиться в нем лишь в полностью разобранном виде. Больше половины рук и ног пришлось бросить. Не беда. Главное туловища и головы, руки и ноги можно сделать новые.
Самолет в небе вели двое: 10 салатового и летчик. Их переполняло чувство огромной удачи.
--Такой превосходный день и такое хмурое небо, - воскликнул летчик. – Хоть бы посветило солнце.
И как будто по его заказу вспыхнул яркий свет. Но не впереди, а сзади. Дуболомы обернулись. Страшная вспышка ударила им в глаза и на несколько секунд заслонила очертания острова. Затем до них долетел грохот, и остров окончательно закрыли черные тучи пыли.
--Ракета, - сказал летчик. – Конец острову.
То же самое видели и Дивумб с Тивером, их катер еще не успел уйти за горизонт. Инженер втянул голову в плечи. Какое ужасное избавление! Теперь погони не будет. Теперь остались лишь они двое и океан.


Спасибо: 0 
Профиль
зимбул



Пост N: 66
Зарегистрирован: 10.12.09
Рейтинг: 0
ссылка на сообщение  Отправлено: 11.06.10 23:14. Заголовок: гл10-13 полный разгр..


гл10-13 полный разгром дуболомов. Урфин решил эвакуироваться к Юхному полюсу. (пропущено)

Глава 14 Эвакуация

Урфин Джюс закупил у Пончарии и Филети-пипии около пятидесяти крупных военных судов и транспортов. Прошло пять дней, как они начали прибывать. Уже больше половины закупленных судов стояли в порту и заливах около Колн-Кеманта. Принимал и готовил корабли Профэсор, ему помогали дуболомы третьей экспедиции во главе с Ёльвидом, неожиданно для всех прилетевшие в Колн-Кемант на самолете.
Дел было очень много и все срочные. Поэтому прибытие еще трех капралов, имеющих опыт экспедиций, стало для Профэсора большой подмогой. Корабли тщательно осматривали, на них грузилось оружие и калифин, на палубах устанавливались многоствольные пулеметы. Один за другим в Колн-Кемант прибывали взводы дуболомов. Через несколько дней должны были подойти основные силы армии.
Двадцать восемь взводов отступало по главной магистрали, идущей от Жукпургио и Ртужпола через Плюмстай к Колн-Кеманту. Дуболомы спешно отходили, минируя за собой дорогу.
Одиннадцатая диндонская армия захватила Ртужпол и Лауму. Наступать дальше армия не могла. Из четырнадцати дивизий роботов пять перестали существовать, четыре потеряли три четверти своего состава. Остальные пять дивизий тоже были сильно потрепаны. От двух танковых корпусов осталось семьдесят танков. Армия остановилась в Ртужполе до особого распоряжения.
Соединившись под Рикроном, группа армий «Запад» заняла Плюмстай 15 числа, но также как и 11 армия не смогла продолжить наступление. Из 65 тысяч роботов за время боев было потеряно 35. Двенадцать дивизий растянулось по огромной территории от Нимса до Рикрона и Жукпургио, через которую шло подтягивание тылов. Диндонская армия практически осталась без авиации, а с недавнего времени прекратилось поступление ракет. Это лишало диндонцев решающего превосходства в силе.
Только группа армий «Восток» сохранила боеспособность. Из 75 тысяч роботов она потеряла всего десять тысяч. Армия «Восток» захватила город Кайолу, порт Акинофен и направлялась к Зибвабо, столице Ниргутии. Этой армии противостояло двенадцать взводов дуболомов. С начала войны дуболомы потеряли 48 своих товарищей, и теперь вся группировка также отступала к Колн-Кеманту. Ельвед отводил ее, стараясь не ввязываться в бои.
По приказу Кимпимпимта рудокопы вывели из Карудонии все свои войска и отправили их на север. К 21 августа была переброшена 51 дивизия роботов и восемь танковых корпусов. Группа армий «Запад» была ими укомплектована и начала наступление на Лиину и Колн-Кемант.
Это не могло уже ничего изменить. Армия дуболомов грузилась на корабли. Отдельные незначительные заслоны лишь слегка сдерживали передовые подвижные части рудокопов и отступали все дальше и дальше на север. Сроки и путь эвакуации определились, Урфин отдал последние приказания. И вот 21 августа во второй половине дня из Колн-Кеманта вылетел самолет. На его борту находились Профэсор, Бефар и повелитель дуболомов Урфин Джюс. Самолет летел к Ялтурфе – Южной Земле.
Другой самолет пролетел над Колн-Кемантом через 10 часов. В ночном небе раскрылся купол парашюта, на котором спускался неизвестный дуболом.
Вот парашютист достиг земли, ловко освободился от парашюта и, подняв голову, оглядел ночное небо. Он не успел заметить ничего примечательного, зато отчетливо уловил шелест и звук падения недалеко от себя. Направившись в ту сторону, неизвестный дуболом очень скоро наткнулся на едва заметную в темноте фигуру еще одного приземлившегося парашютиста. Вспыхнули навстречу друг другу и тут же погасли два фонарика. Парашютисты сошлись лицом к лицу.
--Второй номер красного взвода? – спросил один.
--Да, - раздалось в ответ. – Капрал Ёльвид?
--Да, это я. Нас отнесло в сторону. Идем к сборному пункту. Включаю прием пеленга.
Не произнося больше ни слова, двое пошли к морскому берегу, который хорошо разглядели во время спуска. Их путь лежал к мысу, замыкающему с севера бухту гавани Колн-Кемантского порта. Возле самого моря парашютисты наткнулись на дозорного, который провел их к гроту. В гроте уже собрались все, с приходом последних их стало десять. Одиннадцатым был рудокоп в плотной куртке и рыбацкой шапке. Он издал возглас удовлетворения, когда увидел, что весь отряд в сборе.
--Через два часа начнет светать, и мы отправимся в город тремя группами. Дом, где живет Урфин, стоит на центральной площади. Мы должны собраться на противоположной стороне, в переулке, ведущем к базару. По дороге не разговаривать с дуболомами, только «да», «нет» и «мне сейчас некогда». Не стрелять, никакого шума. Остальные приказы на месте.
Рудокоп замолчал, отошел в сторонку и уселся на какую-то корягу. В его нескладной фигуре, нарочито небритом лице, покрытом многодневной щетиной, непросто было опознать щеголеватого капитана Руя Фиса. Руй Фис прибыл с диверсионной группой, чтобы выполнить задание, к которому готовился почти полгода.
…Опытный мгалианский разведчик уже привык к удачам. Поэтому он был неприятно поражен, когда добравшись до Колн-Кеманта увидел, что дом-резиденция Урфина покинут хозяином. Еще полдня ушло на выяснение. Его диверсанты, разосланные по городу, узнали из подслушанных дуболомовских разговоров, что Урфина в Колн-Кеманте уже нет. Они непростительно опоздали.
К ночи, как и приказывал Руй Фис, вся группа собралась на базарной площади. Эта площадь временно была превращена в стоянку дуболомовских машин. Здесь же обитала пока часть дуболомов. Диверсанты внешне не отличались от дуболомов, поэтому они без помех добрались до большой бронемашины, облюбованной их командиром за бесхозный брошенный вид. Сам командир сумел пробраться, лишь когда совсем стемнело, и сразу полез в броневик. Четыре диверсанта-спецробота остались снаружи на карауле, остальные шесть поместились с командиром в броневике.
Прежде чем уснуть, Руй Фис обдумал положение. Урфин улетел. Куда? Выяснять бесполезно. По всей видимости, далеко, ведь диндонская армия приближается. Остается второй вариант – живительный порошок. Где находится склад, он уже узнал. Завтра с утра захватить две-три подходящие машины и туда!
Рано утром к складу живительного порошка подъехал броневик и два грузовика. Грузовики остановились у ворот, а броневик развернулся и перекрыл въезд во двор. Капрал Ёльвид забарабанил в дверь склада. Из склада отозвался чей-то невнятный голос, и после короткой перебранки ворота отворились. Вышел деревянный истукан, капрал тут же оттащил его в сторону. Истукан выкрикивал чего-то, обещал все рассказать Профэсору, а приехавшие уже приступили к работе.
Ящики с порошком выносили и плотно укладывали в грузовик. Работало семеро, лишь Ёльвид продолжал ругаться с истуканом, да 9 серого встал с автоматом у выезда на улицу.
Но приказа стрелять он не получил, и потому, когда возле склада резко остановилась машина, лишь передал по радио сигнал тревоги, а внешне не пошевелился. Руй Фис припал к щели броневика, 7 желтого ухватился за рычаги управления, а все остальные продолжали выполнять задание.
--Что здесь за галдеж? – рявкнул, вылезая из машины, рогатый капрал фиолетового цвета. – Ты почему не приветствуешь командира? – подошел он к 9 серого. Тот стоял как статуя, ничем не выражая беспокойства по поводу недовольства капрала. Карон разозлился.
--Ивайло, чего ты там расселся? – крикнул он обернувшись. – Разберись со своим болваном!
Карон прошел на складской двор, а из машины высунулся серый капрал.
--Иди, сюда! – приказал Ивайло «дуболому». Тот как будто не понял, затем медленно пошел к машине. Карон тем временем оглядел все, что происходило у склада, и что-то ему не понравилось. Еще не отдавая себе отчета, он на всякий случай решил вмешаться. Дуболомы продолжали грузить ящики, Карон подошел к Ёльвиду и истукану.
--Ты что не знаешь, что доступ на этот склад имеют только пятеро?!
Истукан, до этого робевший перед Ёльвидом, воспрянул духом от мощной поддержки и оттолкнул своего попрекателя. «Капрал» вдруг попятился и с трудом устоял на ногах. Карон недоуменно смотрел на стычку хлипкого истукана и белого капрала. Он же втрое сильнее и вообще не должен почувствовать такого легкого тычка. И теперь Карон отчетливо вспомнил, что Ёльвид направлен сегодня в дальний залив, на погрузку автомашин в самое большое транспортное судно. Капрал резко обернулся: странные дуболомы уже окружили его полукольцом и подходили, выставив вперед полусогнутые руки. Они шли в одинаковых позах, четко шагая в ногу.
Внезапно Карон сообразил, что он без оружия и растерялся, но только на миг.
--Ивайло! – крикнул он, сжимая кулаки. – Это не дуболомы!
Ивайло к тому времени уже вылез из машины, и тут 9 номер, медленно и безучастно подходивший к нему, вскинул автомат.
--Руки вверх! – сказал он с незнакомой интонацией. – Стрелять буду без предупреждения.
Ивайло замер с поднятыми руками, непонимающе разглядывая «своего 9 номера». Капрал не находил отличий: дуболом был не просто похож, он не вызывал никакого враждебного чувства, а между тем равнодушно держал командира взвода на мушке.
А спецроботы уже со всех сторон навалились на Карона. Рогатый капрал быстро убедился, что они действительно слабоваты, но их отличало от дуболомов и другое. Никакой, даже самый убийственный удар по голове не лишал их сознания. Видимо жизненно важные центры располагались в другой части их тел, или были надежно защищены.
Карон расшвыривал противников, но они возвращались и все били и били его. Слабые, но частые удары сделали свое дело: капрал ослабел, его подмяли и добили. Ивайло по шуму драки уже понял, что положение Карона безнадежно, и кинулся на 9 серого. Короткая очередь уложила его.
Руй Фис вынырнул на крышу броневика и огляделся.
--Где третий? – крикнул он и тут же перебил себя, принимая решение. – Всем продолжать погрузку, быстро!
Все, в том числе и 9 серого кинулись в склад. Скоро первый грузовик был набит до отказа. И тут из-под броневика выскочил истукан и побежал к машине капралов. Спецроботы не успели двинуть и рукой, а он уже сидел за рулем, и машина сразу рванула с места.
--Уходим! – приказал Фис. – Хватит и одного грузовика.
Три спецробота повели грузовик, остальные набились в бронемашину и поехали следом. Склад живительного порошка находился на восточной окраине Колн-Кеманта, и машины быстро выскочили за город. Дорога пошла лесом, но он был слишком густ, чтобы съехать в него на громоздких машинах. Руй Фис предполагал, что Лиина уже занята диндонской армией. Но до нее был целый день езды, и где сейчас рубеж обороны дуболомов – неизвестно. Во всяком случае, надо уходить как можно дальше к югу. Возможна погоня, а бронемашина тяжела и грузовик перегружен.
Проскочив очередной поворот, «5 розового», сидящий за рулем грузовика, резко сбавил скорость. Впереди по дороге, навстречу им, двигалась колонна машин.
--Вперед! – скомандовал Руй Фис. – Попробуем проскочить.
Скоро грузовик и бронемашина уперлись в передний автомобиль колонны. «Ёльвид» высунулся из броневика и стал кричать, чтобы пропустили машину с боеприпасами. Это подействовало, но пришлось проталкиваться через плотную массу скопившегося транспорта. Из всех машин выглядывали дуболомы, возмущались неожиданной задержкой. Осталось разъехаться только с пятью машинами, и тут сзади донеслись длинные автоматные очереди.
Легкий маленький броневичок, лавируя среди сутолоки потревоженной колонны, быстро пробивался вперед. Ивайло, длинная фигура которого высовывалась из верхнего люка по пояс, непрерывно палил в воздух. Наиболее догадливые дуболомы уже вытаскивали винтовки и автоматы. По колонне пронеслось: «Держите их! Это жулики!»
Дорога была перекрыта, грузовик и бронемашину обложили со всех сторон. Нашлись и гранаты, которых не пожалели обозленные дуболомы. Полчаса перестрелки, и две разбитые машины с изрешеченными телами спецроботов столкнули с дороги. Уцелевшие ящики с живительным порошком Ивайло приказал разобрать по машинам колонны.
В суете эвакуации ни Карон, ни Жерон не стали дознаваться, что это были за диверсанты и чего они хотели. О двойниках поговорили и забыли. Более важные заботы занимали командующих: в этот день выходил в море первый караван под началом Жерона и Дарука. Второй и последний караван – Карона и Матифа – должен был покинуть Колн-Кемант пятьдесят часов спустя.


Спасибо: 0 
Профиль
зимбул



Пост N: 67
Зарегистрирован: 10.12.09
Рейтинг: 0
ссылка на сообщение  Отправлено: 11.06.10 23:19. Заголовок: Часть 16. Экспедиция..


Часть 16. Экспедиция генерала

гл1-2 пропускаются

Благополучно обогнув Чаперахе, плот генеральской экспедиции оказался в Узугедрийском море. Это сразу почувствовалось по перемене погоды. Почти непрерывно северные ветры гнали бесконечные волны, временами усиливаясь и налетая резкими шквалами. Изменился цвет моря, исчезли летучие рыбы и ветвистые водоросли, чувствовалось, что стало холоднее. Зато возле плота то и дело рассекали воду какие-то крупные морские хищники, то пятнистые, то полосатые.
Дуболомы азартными криками провожали каждое страшилище; не рискуя приставать к генералу, одолевали Гитона и Понину Старшего. Всем хотелось поохотиться на таких диковинных рыбищ. Желтизна и сам иногда напоминал Лан Пироту о договоре с понами, но тот отвечал, что назначит специальный день ловли, а когда – будет видно по обстановке. Было непонятно, хочет ли командир экспедиции уйти подальше от мгалиан, или ему не нравится что-то в самом море.
И вот на восьмой день пути показался островок, судя по карте, один из длинной, но растянутой гряды таких же островочков. Как по заказу на море установилось затишье. На этот раз генерал счел, что экспедиция достигла места безопасной стоянки. Здесь нечего ждать подвоха ни от мгалиан, ни от местных обитателей. Выстроив экипаж, Лан Пирот торжественно объявил следующий день днем ловли животных и обследования морского дна.
Ночь плот благополучно простоял на якоре, и с утра все занялись подготовкой и осмотром индивидуальных плавательных приборов. За старшего остался Купец, Лан Пирот и Гитон в сопровождении двух дуболомов отправились посмотреть, нет ли чего на острове полезного для экспедиции и армии.
--Отвлеки Купца, - сказал 7 серого первому синего, - а мы найдем 6 номера.
--Сбросим в трюм и дадим как следует! – подхватил 5 красного.
Однако минут через двадцать они вернулись на палубу совершенно растерянные, рулевой куда-то благополучно исчез.
--Где вы ходите? – зашипел 1 синего. – Он надел прибор и уплыл!
Переглянувшись, все три члена шайки пристегнули приборы и попрыгали в воду. Отсутствовали они недолго, скоро три головы вынырнули возле маленькой передней палубы.
--Не нашли? – насмешливо спросил Купец, но спохватился и переменил тон. – Вы смотрите, если нашли, то без глупостей! Значит нет. Ушел! А теперь уже не поймаете, начинается охота.
И действительно, один за другим с плота стали нырять дуболомы, некоторые из них держали в руках гарпуны, напоминающие обыкновенные копья. К возвращению на плот Гитона и генерала на палубе уже лежала куча набитой дичи, а в углу каюты – горка образцов донных пород. Генерал распорядился вернуть часть ловцов, чтобы приступить к снятию шкур. Шкуры обрабатывали и отправляли в трюм, туши бросали за борт. Постепенно дуболомы начали возвращаться, день все больше клонился к вечеру, и вот вернулись все, кроме 6 желтого…
Мрачный генерал стоял на носовой палубе и смотрел, как заходит солнце. Изредка он оглядывал море, но там никто не появлялся. Все притихли, ждали, чем кончится дело. Наконец Лан Пирот объявил отбой и назначил на следующий день поиски.
Глава 3 На острове Раздора

С утра Желтизна разбил дуболомов на пять групп и указал каждой свое направление. Для внимательного осмотра дна дуболомам выдали десять фонариков. Группы ушли, а Гитон с генералом еще раз обсудили предстоящие поиски. Гитон заметил, что следует осмотреть и островок, на котором они вчера побывали. Понина Младший и 9 коричневого, сидевшие без дела, были отправлены туда.
Лодка быстро перевезла их, дуболомы оставили ее в бухточке и вылезли на сушу. Осмотр острова занял часа полтора, он был очень невелик, каменист и почти без растительности. Генерал еще вчера назвал его «Голым», и только впоследствии переименовал в «Остров Раздора».
--Ну что, похоже, его здесь нет, - сказал 9 коричневого, когда они дошли до самого дальнего мыса, - будем возвращаться на плот?
--Подожди! – ответил Понина. Он сел, прислонился спиной к большому камню, немного повозился, устраиваясь.
--Если мы приедем так быстро, генерал не поверит, что мы все хорошо осмотрели, и пошлет еще раз. Посидим, поглядим на море, а к полудню вернемся.
Понина уставился куда-то вдаль, но Артиллеристу не сиделось. Он вернулся к лодке и перегнал ее к тому месту, где они закончили осмотр острова. Понина сидел неподвижно.
--Я нырну ненадолго, - сказал 9 номер, надевая на спину цилиндры со сжатым воздухом. Понина Младший лениво отмахнулся.
У Артиллериста были свои предположения, но он решил сначала проверить их. Ведь у острова всегда есть подводная часть, где могут быть норы, пещеры, трещины. Если уж они осмотрели остров сверху, почему не обыскать его и под водой.
Полого уходящее вниз дно с обильной растительностью не заинтересовало дуболома, он проплыл дальше и оказался на краю обрыва. Здесь начинались большая глубина и дно не просматривалось. 9 коричневого не долго думая пошел вглубь. Тьма сгущалась и дуболом, перестав видеть что-либо вокруг себя и самого себя, прекратил погружение. Но и возвращаться ни с чем ему не хотелось, а потому, выбрав наугад направление, 9 коричневого включил плавательный прибор на самую большую скорость. Он ожидал, что рано или поздно ему встретится менее глубокий участок, но случилось другое…
Неожиданно дуболому показалось, что он видит где-то под собой в бездне слабо светящуюся полосу. 9 номер погрузился поглубже. Яснее видно не стало, но и полоска не исчезла. Тогда, повернувшись вертикально вниз, он дал из прибора мощную струю воздуха.
9 коричневого погружался довольно долго. Светлая полоса становилась шире и ярче, свечение приобрело ярко-зеленый оттенок. И вот дуболом влетел в какую-то впадину со светящимися стенками и дном, и еле-еле успел сбросить скорость.
Непонятное, но удивительное зрелище предстало перед ним. Все вокруг усеивали кристаллы всевозможных размеров, вырастающие прямо из поверхности дна. Их зеленый свет подсвечивал и воду, и многочисленные кости рыб и морских животных, в беспорядке раскиданных, а местами скопившихся в кучи. Сама впадина казалась неширокой, может быть не более двадцати метров, но уходила куда-то вдаль.
Дуболом не знал, что предпринять. Хотелось хорошенько осмотреть загадочное ущелье. Но он помнил: светящаяся полоска очень короткая, а, значит, эта впадина может незаметно перейти в подземный туннель, а то и лабиринт. Ищи потом выход на поверхность. 9 коричневого не дал воли своему любопытству. Повернувшись всем телом, он медленно поплыл к светящейся стенке впадины. Стенка выглядела точно также как и дно, такие же выросты и гроздья зеленых кристаллов, разве что нет скелетов рыб. Вдруг, шагах в десяти от себя, 9 коричневого заметил знакомое темное тело. Артиллерист, работая руками и ногами, подгреб поближе. Он не ошибся: между двумя зелеными глыбами безжизненно распростерся дуболом. Это был пропавший 6 желтого.
Рядом с неподвижным 6 номером лежал большой ручной гарпун и кучка отбитых зеленых камней. На стенке явно угадывались выбоины, места, откуда дуболом откалывал камни. Все было очевидно, кроме неподвижности пропавшего рулевого. Но 9 коричневого не собирался гадать. Он привычно отделил голову 6 номера и снова надел ее.
И тут ему пришлось изумиться еще раз: 6 желтого не очнулся! Это было невероятно. Единственное объяснение – калифиновый сон – отпадало, 6 номер исчез почти сутки назад. Выпив такую порцию, он не сумел бы покинуть плот, а бутыли он с собой не брал. Это 9 коричневого помнил точно; он сам видел, как 6 желтого нырнул в воду.
Всё непонятное может таить опасность. И 9 коричневого решил, не раздумывая, возвращаться. Тело 6 номера он доставит, гарпун не нужен, а вот камешек пригодится. 9 коричневого схватил камень, лежащий на самом верху кучки, и снова удивился так, что отдернул руку. Камень не поддавался, как будто он прирос к другим или приклеился. Артиллерист поднял гарпун, но тут же бросил. 6 желтого тоже колол камни! 9 номер стиснул неподатливый осколок двумя руками, уперся ногой в кучку и, напрягая все силы, все-таки оторвал его. Затем он обвил ногами 6 желтого и, врубив реактивную струю, устремился вверх.
…Прибор вынес их на поверхность посреди безбрежного моря. 9 коричневого сориентировался по солнцу и пошел по поверхности на средней скорости. Остров оказался не совсем там, где он предполагал, но все-таки в той же стороне…
Лодка, подлетевшая как вихрь, подоспела кстати. 9 коричневого уже собирался переходить на второй прибор. Понина помог перевалить в лодку 6 желтого. Следом за ним выкарабкался было Артиллерист, но вдруг почувствовал, что не может преодолеть тяжесть своего тела.
--Что это ты? – удивился Понина Младший.
--Не знаю. Дай руку, я почему-то ослаб. Нет, возьми сначала этот камень.
Вернувшись на остров, Понина помог Артиллеристу выбраться из лодки. Вынес вслед за ним 6 желтого, повертел в руках зеленый камень и тоже бросил на берег. 9 коричневого полулежал, глядя в сторону Понины и, казалось, не видел его. Вместе с силами его покинула и активность. Понина удовлетворенно хмыкнул.
--Побудь на острове, но смотри, больше никуда!
И запустив двигатель, направил лодку к плоту.
На плоту царило унылое настроение, поисковики возвращались и снова уходили в море. Генерал с Желтизной сидели в сторонке и о чем-то тихо переговаривались, оборачиваясь на каждого вновь прибывшего. Понина Младший бодро протопал по палубе и доложил, что при осмотре подводной части острова пропал 9 коричневого. Он ждал криков, ругани, угроз, но генерал только кивнул и отвернулся. Гитон тоже молчал. Пауза затягивалась.
--Мне нужно кого-нибудь в помощь и оружие, - сказал Понина давно обдуманное. – Мы поедем на остров и будем ждать. Если надо до утра.
--Возьми 6 салатового, - сразу отозвался генерал. – Хорошо вооружитесь. И учти, я запрещаю отлучаться с острова!
Как только лодка с двумя дуболомами ушла, Желтизна осторожно высказал генералу свои сомнения в полезности их поездки. Но Лан Пирот только усмехнулся.
--Я ждал чего-то похожего…. Я не верю ни одному слову Понины. И не только Понины. Еще когда пропал 6 номер, у меня было подозрение. Сейчас я не сомневаюсь, никто не пропадал, все это чьи-то дурацкие игры. Съезди-ка на остров сам. Разберись, что там происходит.
…Гитон подрулил к острову в тот самый момент, когда Понина Младший спустился к воде, держа в руках большую бутыль. Возле причаленной лодки сидел 6 салатового, он разглядывал какой-то сверкающий зеленый камень. Гитон вылез из своей лодки и подошел к Понине.
--Вы зачем взяли с собой калифин?
--Это для пропавших, если они найдутся.
--Дай сюда! – и Желтизна выхватил бутыль из рук дуболома. – Это все, что вы взяли? – спросил он недоверчиво, побултыхав бутылью в воздухе.
Понина быстро переглянулся с 6 номером.
--Да! Оставь нам его, Гитон, здесь совсем немного.
--Я бы оставил, если бы вы сознались честно! А за такое вранье… - и Желтизна, открутив крышку, быстро перевернул бутыль кверху дном. Густая коричневая жидкость с бульканьем вытекла в море и тут же смешалась с морской водой, оставив на поверхности легкую серую пену.
--Вот так будет лучше, - угрюмо заключил Желтизна, - а то вы по-другому не понимаете.
Он взял из рук оторопевшего 6 салатового зеленый камень, несколько минут его рассматривал, затем вернул и пошел не спеша по берегу.
--Вот видишь, а ты спорил, - прошептал Понина, - я так и знал, что кто-нибудь заявится нас проверять. И калифин отберут.
--Отберут - совсем другое дело. А разве можно выливать. Это самоуправство. Я обязательно скажу обо всем генералу!
Понина не успел ответить, из-за кучи глыб показался Желтизна. Он шел быстро и явно направлялся к дуболомам. Понина потихоньку пододвинул к себе автомат, но капрал ничего не сказал и никого не тронул. Он молча взял бутыль и пошел назад. Понина зарычал от досады, 6 салатового хотел что-то спросить, но он показал ему кулак и пошел вслед за Гитоном. 6 номер двинулся туда же.
И вот они замерли на краю обрыва. Прямо под ними в укромной расселине стоял на коленях Желтизна, непостижимым образом так быстро нашедший это потаенное место. Желтый капрал методично действовал крышкой бутыли, вычерпывая что-то из округлой выемки, естественной каменной чаши. Хитрая выдумка Понины Младшего не сработала, припрятанный калифин уходил на глазах.
--Догадался, гад рогатый! – пробурчал вполголоса Понина. – Убить мало за такие вещи.
--Я думаю, надо все-таки пожаловаться генералу. Он его обязательно накажет, а может и побьет.
--Ну, плыви, жалуйся! Постой, покажи заодно генералу зеленый камень. Может быть, это что-нибудь получше золота.
6 салатового убежал к лодке, а Понина все стоял и стоял у обрыва, как будто не в силах оторваться от удручающего зрелища. Гитон работал неторопливо и тщательно, было видно, что он не собирается оставлять ни капли. Наконец он встал на ноги, закрутил крышку наполненной бутыли и взобрался на обрыв. Он был доволен, даже добродушен.
--Кого обмануть хотели, щенки! Ну, ладно, этот твой. Но ты-то, ветеран! А где он кстати?
--Поехал доложить генералу. Наверное, уже подъезжает к плоту.
--Подъезжает к плоту?! Генерал собирался отвести плот южнее, к следующему острову. Немедленно вдогонку!
--Погоди, Гитон. Надо захватить с собой и тех, пропавших…

Глава 4 Коварство зеленых кристаллов

Лодка весело рассекала воду, и 6 салатового постепенно успокаивался. Поступок капрала возмутителен, но не стоит так много об этом думать. Гораздо важнее вот этот зеленый камень. Как он ярко светится, даже днем; а что будет ночью! Впрочем, оглянулся дуболом, уже не день, а скорее ранний вечер.
6 номер сразу забеспокоился. Прошло довольно много времени, остров давно скрылся за горизонтом, а плота все нет. А ведь он не так далеко. Дуболом встал, чтобы получше осмотреться и увидел вдали на севере очертания какого-то судна. Неужели плот так отдалился. Быстрее к нему.
Но чем ближе подходила лодка, тем меньше у 6 салатового оставалось сомнений, что это не плот. Он уже четко видел корпус и мачту шлюпа средних размеров. И вот лодка подошла к самому борту, из-за которого сразу выглянуло несколько голов.
--В воду бездельники! – раздался резкий окрик. – Солнце еще не село!
Головы немедленно скрылись, и немного погодя из-за борта выглянул, а затем высунулся по плечи светловолосый упитанный пона, одетый в какую-то выцветшую майку.
--Это ты пугаешь моих ныряльщиков?
--Я никого не пугаю. Мне надо найти генерала.
--Генерала? – пона задумался, потом сказал неторопливо. – Кажется, я начинаю догадываться, кто тебе нужен. Вот только…
--Вы давно находитесь на этом месте? – перебил 6 салатового.
--Часа два, как подошли. А что? – насторожился пона. – Нам ничего не оставалось делать. Ныряльщики стали возвращаться с пустыми руками. Одного времени сколько потеряли.
--Ныряльщики? – повторил 6 салатового. – Вы что, ищете на дне камни?
--Д-да, - неуверенно пробормотал пона. – Да, да всякие разные камни, камушки….
--Вот такие? – показал 6 номер зеленый камень. Он быстро взобрался на палубу и огляделся. Но никаких зеленых камней там не было, только разные мешки, сумки, веревки.
Пона же, как завороженный, смотрел на светящийся камень. Он протянул, было, к нему руки, но тут же отдернул, и, переведя дух, воскликнул:
--Нет, такие мы не берем. Они встречаются часто. Настоящие ценности вот!
Пона кинулся в один конец, с полдороги вернулся, пошарил под сумками и, действительно, выгреб горсть камешков разных оттенков, но в основном серых.
--Пожалуйста, могу тебе подарить! А твой камень…. Покажи-ка мне его еще раз!
Хитрый добытчик повертел зеленый кристалл.
--Нет, тебе он ни к чему, ничего ценного. Между прочим, ты искал генерала! Мы видели его вон там. Как раз проходили мимо.
И пона указал на северо-восток. 6 салатового присвистнул, затем поблагодарил за камни, за указанную дорогу. Он спрыгнул в свою лодку и с места погнал ее на северо-восток к великому облегчению поны, который поспешил спрятать неизвестный красивый камень подальше от команды в уверенности, что ему неслыханно повезло.
Ныряльщиков немедленно вернули на борт, и шлюп пошел на юго-запад. Причем настолько быстро, что когда к месту встречи поны и дуболома подошла вторая дуболомовская лодка, понское суденышко уже скрылось за горизонтом. Да и ночь к тому же не заставила себя ждать.
--Возвращаемся на плот! – решил Гитон. – Опять придется объявлять розыск.
…Поиски шли всю ночь. Плот описал несколько больших кругов, многократно в воздух палили из пушки. Все было напрасно. Встревоженный уже не на шутку, генерал сидел в рубке рядом с 5 желтого, но в действия рулевого не вмешивался, никаких команд не давал. Он задумчиво поглядывал на лежащих тут же Артиллериста и 6 желтого, побывавших в таинственной впадине. 9 коричневого спал, получив от генерала порцию калифина. Лан Пирот надеялся, что калифин восстановит его прежние силы.
Забрезжило утро, генерал вышел на палубу. Со всех сторон на него посмотрели хмурые, молчаливые дуболомы: в эту ночь никто не спал.
--Рассветает, внимательно оглядывайте море, - сказал генерал, обращаясь сразу ко всем.
--Вижу лодку! – закричал вдруг 1 синего. Все как один кинулись на этот крик и скоро столпились на крыше, даже Желтизна не устоял. Один генерал остался на палубе.
--Это не лодка, - загалдели дуболомы через несколько минут. – Какой-то корабль.
Генерал приказал взять курс на незнакомца. Скоро стало видно, что чужой корабль, вернее шлюп, идет без управления. Спустили лодку. 5 красного и Понина Старший отправились на перехват и взяли шлюп на буксир.
Когда находку подтянули к борту плота, генерал сам поднялся на палубу. Там не было никого, кроме одного единственного поны. Пона сидел съежившись возле самой мачты, широко раскинув босые ноги. Генерал подошел. Пона не подавал признаков жизни. Тогда Лан Пирот крикнул дуболомов, чтобы они забрали тело поны и заодно осмотрели трюм.
Уже на плоту разглядели, что в одной руке мертвый пона держал револьвер с последним патроном, а другой прижимал к животу крупный камень, испускающий зеленый свет. Никаких ранений на его теле не нашли, и невольно думалось, не связана ли его смерть с этим камнем.
Неожиданное открытие подхлестнуло генерала. Под его личным руководством шлюп был обшарен до самого последнего закутка, но ничего похожего больше не нашли. Оставалось ждать, когда очнется 9 коричневого.
9 коричневого проснулся бодрый и повеселевший, но недоверчивый генерал подозвал Бабу Ягу и приказал ему померяться силами с 9 номером. Артиллерист был на голову выше, и Баба Яга с опаской сцепился с ним, однако легко опрокинул на палубу и подмял под себя.
--Ослабел, длинный, - расхохотался он, сидя на поверженном противнике. Генерал не собирался устраивать потехи. Крепким подзатыльником согнав победителя, он сам поставил на ноги 9 коричневого.
--Еще калифину, четверть порции, - скомандовал генерал и добавил. – Половине экипажа тоже спать.
Выгнав рулевого, генерал и Гитон закрылись в рубке.
--С этим все ясно, - сказал Лан Пирот и посыпал 9 коричневого живительным порошком. – Очнется, войдет в норму. А с 6 номером ничего не получится, придется оживить и обучать заново.
--Зачем мне новый дуболом, мне нужен 6 номер желтого взвода.
--Ты сам видишь, его уже нет! Скажи лучше, этот камень похож на тот, который ты видел на острове?
Желтизна подкинул камень на ладони.
--Вообще-то очень похож, но кто его знает. Лучше добыть настоящий.
--Снова лезть в ту впадину?
--9 номер побывал там, спустится еще раз. Нужно разобраться, что это за камни.
Генерал вернул 5 желтого и приказал вести плот обратно к острову….
Живительный порошок подействовал безотказно, к 9 номеру вернулись прежние силы. Он был этим необычайно доволен и без всякой опаски согласился спуститься во впадину светящихся камней. Вторым, для большей безопасности, с 9 коричневого пошел Крокодил. Чтобы не возиться, отбивая камни, и не оставаться во впадине слишком долго, они захватили с собой небольшую гранату.
Ныряльщики ушли, генерал напряженно ждал. Не меньше его волновались и дуболомы. Но на этот раз все прошло превосходно. Под крики «ура» два водолаза выволокли со дна моря целую глыбу – огромный кристалл удивительной красоты.
Добычу поместили в угол каюты, рядом приткнули маленький камешек поны, который тут же притянулся к большому кристаллу. Каюта сразу осветилась великолепным изумрудным сиянием. На всякий случай генерал запретил приближаться к камню, и даже приказал отгородить его бутылями с калифином. Но все равно то один, то другой дуболом заходили в каюту и подолгу не могли оторвать взгляд от зеленых переливов света.
В этих заботах прошло полдня. Генерал все-таки надеялся, что, может быть, за это время 6 салатового догадается и сумеет вернуться к острову Раздора. Но надежды не сбылись, и Лан Пирот принял нелегкое решение примириться с потерей дуболома и продолжать экспедицию.

Глава 5 Бунт

Своенравный Лан Пирот решил не назначать нового рулевого. Он скорее готов был сам стоять у пульта управления, пока Гитон не обучит оживленного 6 номера. Но пока плот вел 5 желтого. Генерал был намерен сменить его вечером, затем после полуночи. Наконец утром Лан Пирот принял управление и отправил рулевого спать.
Через полуоткрытую дверь рубки доносился топот, перекрываемый отдельными выкриками: вставала спавшая половина экипажа. Что-то прогудел голос Желтизны, он тоже поднялся. Генерал ждал, что Гитон сразу явится к нему, но вместо капрала на командный пост вернулся 5 желтого.
--В чем дело? – спросил генерал недовольно.
--Калифин… не пьется!
--Что значит не пьется? Гитона позови! И принеси свою бутыль.
5 желтого быстро сбегал за бутылью. Следом за ним в рубку ввалился Желтизна и прикрыл дверь. 5 номер пытался объяснить в чем дело, но командиры не поверили, пока не попробовали сами. Вошедшая уже в привычку необычайная проникающая способность калифина (он впитывался в дерево за считанные минуты) исчезла.
--Пойди поищи другую бутыль, - отослал генерал 5 желтого. – Ты что-нибудь понимаешь, Гитон?
--Никогда не слышал, чтобы калифин портился. Странные дела происходят в этом море…
Желтизна не договорил, его насторожили дружные крики дуболомов.
--Калифин не пьется! Мы остались без калифина! Как мы поплывем дальше!?
Генерал вышел и попытался утихомирить дуболомов, столпившихся на палубе. Одновременно он высматривал зачинщиков. Похоже, это Понина Старший и Купец. Плохо дело, эти – известные смутьяны и заводилы, хоть и заместители капралов.
На самом деле заводил не требовалось, дуболомы и так были не на шутку обеспокоены. Все осторожные заверения генерала, что надо еще осмотреть каждую бутыль, не подействовали. Требовалось какое-то решительное, впечатляющее действие, и дуболомы сами его подсказали.
--А ведь это же все от камней! – закричал вдруг Староста и от возбуждения взобрался на крышу склада. Уже с крыши он выкрикнул:
--Конечно, как мы не догадались! С 6 номером во впадине было то же самое!
Дуболомы угрожающе загудели, кто-то сгоряча отвесил подзатыльник 9 коричневого, а генерал сразу воспрянул духом. Ему было досадно, что он сам не понял такую очевидную истину, но теперь важнее было активно вмешаться в события.
--Староста прав! – торжественно заявил Лан Пирот. – он один понял, в чем дело!
Некоторые дуболомы попались на удочку и стали выкрикивать поздравления Старосте. Другие хмуро молчали, но генерал приметил их.
--Купец, Барсук – сейчас же выбросите камни за борт. Понина, 5 красного – слить испорченный калифин в резервную бочку. Остальным прекратить шум и разойтись по местам. К вечеру вопрос с калифином решим.
Генерал вернулся на командный пост и увидел, что Желтизна наблюдает за палубой в приоткрытую щель амбразуры, а в руках у него автомат.
--Хотел стрелять? Как видишь, обошлось… А дела никуда не годные. Можно пустить на калифин резерв порошка, но как мы тогда пройдем весь маршрут. И другое. Воды-то на плоту нет!
--Можно слить половину бачка из системы подъема бронещитов. Но это всего одна бутыль.
--Почему всего? Нас и одна бутыль выручит. Дотянем до какого-нибудь острова. Давай-ка, приготовь сколько получится, надо их успокоить.
Гитон открыл люк и прямо из рубки командного поста спустился в трюм. Двери, прорезанные по приказу генерала в первые дни плаванья, позволяли теперь перемещаться по всей подпалубной части плота кроме носового трюма.
Среди притихших дуболомов мрачно бродил Понина Младший. Как легко все успокоились! А ведь генерал обманул, где они возьмут калифин. Разве только из своих, каких-нибудь припрятанных запасов.
--Слышали? – сказал Понина, подойдя к кучке что-то обсуждающих дуболомов. – Найдут они калифин! Значит, держат для себя запас. Вот и не боятся плыть дальше.
--Ты что! Гитон не будет прятать от своих, - возразил Баба Яга.
--А чего же они закрылись в рубке? – наседал Понина. – Что они там делают?
--Можно пройти трюмом и посмотреть через люк.
--Да-да! Так и поглядишь, не побоишься генерала.
Дуболомы захохотали. Обиженный Баба Яга кинулся в каюту – к ближайшему люку в трюм и замер на пороге. Желтизна сидел на полу в пустой каюте. Он только что попробовал калифин из стоящей рядом бутыли, удовлетворенно хмыкнул, и теперь закручивал крышку.
--Пьет! Для себя нашел! – завопил 5 красного, оттолкнул Бабу Ягу и бросился на Гитона. Следом за ним вбежали Крокодил, 8 коричневого, Купец. Завязалась драка. Желтизна оправился от растерянности, и теперь одолеть верзилу ротного было почти невозможно. Дуболомы отлетали как щепки, но они были вне себя от ярости, и их набивалось в каюту все больше. Никто в шуме драки не услышал щелчка. Это благоразумный Лан Пирот вместо того, чтобы вмешаться, запер изнутри люк трюма.
Генерал, не мешкая, обежал все четыре люка и вернулся в рубку с пулеметом. А драка тем временем перекинулась на палубу, уже третий дуболом рухнул во внутренний бассейн, отброшенный Гитоном. Резко ударил вдруг выстрел; стрелял Понина Младший. Гитон грузно брякнулся на палубу, и наступила внезапная тишина.
Дуболомы окружили распростертое тело капрала, не зная, что делать дальше. Тем временем генерал установил пулемет и, тщательно целясь, замолотил длинными очередями. Одновременно он включил механизм подъема бронещитов, которые теперь наглухо перекрыли доступ в оружейный склад. Самые дальновидные из дуболомов повскакивали на крыши склада и каюты. Те, кто пытался залечь на палубе, полегли под огнем генеральского пулемета.
Пулемет замолчал. Но генерал не отходил от амбразуры и не оставлял спускового крючка. Его позиция, несомненно, была сильная. Оружейный склад перекрыт, у бунтовщиков лишь несколько автоматов из хранящихся в каюте. Есть двухствольное орудие на крыше каюты, может быть при нем два-три снаряда. Но с крыши по двери рубки не попасть, а опустить орудие на палубу не позволит пулемет генерала. Беда в том, что генерал один. Будь у него хотя бы один помощник, они захватили бы весь плот.
Время от времени мятежники стреляли. Генерал, чтобы показать, что их стрельба пустая, выпускал в ответ несколько патронов. Наконец затихли надолго.
--Лан Пирот, подожди стрелять, поговорим, - закричал вдруг один из дуболомов. Генерал про себя отметил – голос Купца.
--Я буду с вами говорить, если только вы все выйдете на палубу без оружия, - крикнул в ответ Лан Пирот. – Иначе я вам не поверю!
--Генерал, хватит тянуть, сдавайся! – вмешался Понина Младший. – У тебя нет другого выхода.
--Это у вас нет выхода! Взять меня вам нечем, и плот идет туда, куда я его веду. И вы туда же плывете, хотите вы этого или не хотите. Вы добились лишь того, что остались без калифина.
--Ты не уследишь. Рано или поздно все дуболомы уйдут из-под твоего огня. И тогда мы вскроем люки даже без гранат. Патроны у тебя тоже скоро кончатся.
--Ничего, я запас их достаточно! А люки я могу наглухо заварить. Так что лучше подумайте.
--Что ты нам предлагаешь, генерал? – снова вступил в разговор Купец.
--Выйдите на палубу без оружия. Я тоже выйду, и попробуем договориться.
--Мы посоветуемся, - ответил Купец, и все смолкло.
Молчание дуболомов длилось почти час, но генерал запасся терпением. И вот на палубу спрыгнул 6 сиреневого, за ним Купец, Староста, 8 коричневого, Понина Младший. Они молча выстроились на палубе. Еще до того генерал мучительно старался пересчитать побитых бунтовщиков, но это было тяжело.
--Все? – спросил генерал.
--Все, - ответил Понина. – Говори свои условия, Лан Пирот.
«Сейчас!» – подумал генерал и застрочил из пулемета. Строй бунтовщиков рухнул, никто не сумел уйти. Но выходить Лан Пирот медлил, он решил ждать, когда очнется Гитон. Капрал был застрелен давно, скоро должен прийти в себя. Время тянулось, генерал ждал.
И вот действительно Желтизна зашевелился, приподнялся и уже становился на ноги. Но короткая очередь тут же снова сразила его.
--Вот так экспедиция! – крикнул генерал, когда выстрелы прекратились. – Верь вам после этого!
--Вот так командир! – услышал генерал в ответ. – Понина верно предупреждал, что ты нас обдуришь!
--Это ты, Барсук? – спросил Лан Пирот.
--Я! И я с тобой больше не разговариваю, - ответил Барсук и выпустил еще одну короткую очередь.
Остаток дня и ночь прошла в перестрелке. Как скрупулезно не следил генерал за палубой, каким-то дуболомам удалось в конце концов уйти от его огня и присоединиться к Барсуку. Среди них оказался и Понина Старший. Он был настроен менее непримиримо, и переговоры с генералом начались сначала. На этот раз Понина пригрозил, что дуболомы сойдут с плота на первый же берег, а Лан Пирот пусть плывет дальше один. Или с Желтизной на пару.
И генерал уступил. Через трюм он передал дуболомам затребованное ими количество порошка, достаточное для того, чтобы вновь наполнить все калифиновые бутыли. На следующий день плот подошел к берегам Элсантопии. Дуболомы привезли пресную воду. Запасы калифина возобновили, и только тогда передали Лан Пироту Гитона, которого держали с начала переговоров в качестве заложника.

Глава 6 Ушехлоп


Спасибо: 0 
Профиль
зимбул



Пост N: 68
Зарегистрирован: 10.12.09
Рейтинг: 0
ссылка на сообщение  Отправлено: 11.06.10 23:29. Заголовок: главы 6 - 14 пропуск..


главы 6 - 14 пропускаются. (плот генеральской экспедиции поврежден бочкарями в Арбирийском море. После ремонта и из-за катастрофического положения с живительным порошком Лан Пирот изменил маршрут и пошел прямым ходом к Южной земле)

Часть 17. Возвращение на Родину

Глава 2 Странное совпадение

Открывшаяся гряда Фемуктовых островов не представляла для Лан Пирота, как когда-то для Профэсора, никакого интереса. Она лишь подтвердила правильность определения места нахождения плота. Генерал приказал пройти между двумя крупными островами и повернуть на северо-запад. И тут, прямо перед носом плота, всплыла на поверхность подводная бочка.
Те, кто управлял этой бочкой, повели себя весьма странно. Никогда еще бочкари не атаковали дуболомов в надводном положении. Но в бою ли раздумывать над странностями! Тем лучше, не потребуется тратить драгоценные торпеды. И генерал скомандовал «огонь» сразу из двух пушек.
Все видели, что взрывы снарядов на миг обволокли бочку, но она невредимая прошла через огненное кольцо и, прибавив скорость, устремилась к плоту.
--Стоп! – крикнул генерал рулевому. – Что уставились? Огонь!
Еще один залп, и опять без результата. Генерал скомандовал «задний ход», так как бочка определенно намеривалась протаранить плот. Пушки выстрелили в третий раз, успеха, впрочем никто уже не ждал. Бочка оставалась неуязвимой и подошла уже совсем близко, хотя винты плота тащили его назад так быстро, как это было возможно.
10 серого, еще осенью принимавший участие в опытах Профэсора по выплавке новых броневых составов, первым обратил внимание на темный сине-зеленый цвет вражеской подлодки.
--Генерал, эта бочка из одониза!
--Из одониза!? – генерал замер, как от удара. Есть ли что-нибудь из вооружения экспедиции, способное сокрушить одонизовую обшивку? Если она не слишком тонка…. А она не тонкая, выдержала попадание снарядов! Значит все остальное не поможет, ни бомбы, ни торпеды. Разворачиваться и удирать, на полном ходу. Может быть, удастся скрыться.
Но разворот подставит бок под удар несокрушимой бочки. Это понимали все. Никто не знал, как выиграть время для маневра. И пока рулевой гнал плот задним ходом, а генерал лихорадочно искал выход из тяжелейшего положения, все остальные следили, как завороженные, за медленным приближением одонизовой бочки.
Легкий гул недоумения пронесся среди дуболомов, когда все разом увидели, как на подводной бочке открылся верхний люк. И тут же до плота донесся громкий голос резкого металлического тембра.
--Дуболомы! Прекратите бессмысленное сопротивление! Остановитесь и выслушайте наши условия!
--Убавить ход! – приказал Лан Пирот и поглядел на Гитона. Тот подошел поближе к генералу.
--Как ты думаешь, внутри у них тоже одониз?
--А что тут думать, - хмыкнул Желтизна, - надо попробовать.
--Дуболомы! – продолжал греметь репродуктор. – Остановитесь! Вы не сможете уйти!
--Кто у нас лучший метатель гранат? – негромко, но отчетливо спросил генерал.
--Понина! – тут же отозвался Староста, указав на Понину Младшего. Понина недовольно дернул головой, но выпрямился и четко повернулся к генералу.
--Заберись наверх и жди у пушки, - скомандовал Лан Пирот. – А вы подготовьте связку гранат. Побыстрее, но незаметно!
Плот тем временем все больше замедлял ход. Одонизовая бочка тоже убавила скорость, так чтобы дистанция между ней и плотом оставалась прежней. Голос из нее гремел:
--Наши условия! Вы последуете за нами к берегу! Сойдете на берег, сохранив только личное оружие! Торпеды и артиллерия, вся взрывчатка и гранаты будут изъяты нашими специальными командами! После этого вам предоставляется право уйти! Если вы принимаете наши условия – остановите двигатель!
--Добросишь? – спросил генерал, когда в обращении бочкарей возникла пауза. Понина сделал неопределенный жест рукой и взял связку, примериваясь к броску.
--Дуболомы! Если через десять минут вы не остановите двигатель, мы вас потопим!
Генерал отвернулся, чтобы не мешать Понине получше прицелиться, и увидел как дернулись и замерли все, кто был на палубе. Только 9 коричневого быстро подал на крышу каюты вторую связку гранат. Она не потребовалась. Из открытого люка подлодки взметнулся столб огня, удар, приглушенный стенками, прозвучал, как громкий хлопок. Одновременно бочка завалилась на левый борт, и почти сразу ушла носом под воду. Корма вздыбилась над поверхностью, а затем прямо на глазах стала быстро погружаться. Волны сомкнулись, и вражеский корабль исчез, как будто его и не было.
Дуболомы засуетились, задвигались, оживились, но бурно радоваться вслух не посмели. Всех смутила неподвижная, напряженная поза генерала. Лан Пирот молчал и не сводил глаз с поверхности моря. Но вот он поглядел на Гитона.
--Надо спешить! – произнес генерал, не обращая внимания на то, что Желтизна, как и остальные, всё еще готов предаться ликованию. – Спешить, если мы еще не опоздали.
Тревога командира экспедиции быстро передалась всем. Бочкари уже делают одонизовые бочки. Значит, они вовсю добывают руду, добрались до месторождений, открытых Профэсором. Немедленно туда! Во что бы то ни стало отбить рудники.
Чтобы подойти к Ялтурфе, генералу не пришлось, как предыдущей экспедиции, пробиваться сквозь лед. В распоряжении Лан Пирота была точная карта, составленная Профэсором. На ней четко обозначался узкий полуостров, уходящий далеко на север за пределы вечных льдов, и омываемый крайним ответвлением теплого течения. Этим единственным удобным путем и проникли бочкари на оледенелую южную землю.
В глубокой бухте дуболомы обнаружили временный порт Нтурокалора, не защищенный никакими укреплениями. Лишь три сторожевые бочки, вопреки опасениям, с обычной броней, пытались преградить им вход в гавань. Вглубь острова уходила дорога, укатанная вездеходами и годная для бронемашины экспедиции.
Возле самого рудника бочкари не построили еще ни крепости, ни поселка. Обходились пока лагерем из тех же вездеходов, прицепов и приспособленных под склады пещер.
Таким образом, захват рудника был произведен моментально.
…Генерал и Желтизна стояли на длинном каменном гребне, местами выступающем на полтора дуболомовских роста из сплошного ледяного поля. Этот естественный рубеж на дальних подступах к руднику генерал приказал превратить в сплошную линию укреплений. Работы шли вовсю, и даже придирчивый глаз генерала не заметил никаких недочетов.
--Здесь вы управитесь за неделю, - показал Лан Пирот на самые важные, по его мнению, точки. – И сразу перебрось всю команду к бухте. Там тоже надо возвести крепость. Посмотри сам, как и где. Чтобы не отрезали, ну, в общем – понимаешь…. А мне пора, самое позднее послезавтра!
--Генерал, подумай еще раз, - нехотя, но упрямо возразил Желтизна, - нужно ли так торопиться? Задержись до постройки крепости, тогда возьмешь экипаж побольше.
--Крепость не при чем. Здесь, здесь надо оставить как можно больше дуболомов! А мне хватит и троих, полицейский четвертый. Дойдем! Я не пойду через нтурокалорские воды. Вдоль кромки льдов, а потом сразу на Нвуго.
Желтизна не ответил. Он вдруг сделал шаг в сторону и, задрав голову, показал рукой в небо.
--Посмотри, на нас кто-то летит!
--Махолет? – спросил генерал и повернулся. – Нет, - возразил он самому себе, - что-то другое, большая крылатая машина… К бою! – крикнул он во весь голос и тихо добавил, - Неужели и это бочкари?
Дуболомы залегли, а генерал с Гитоном остались на прежнем месте. Они не шевелились и не спускали глаз с летящего самолета.
Не долетая до укрепленного гребня, самолет стал выписывать дугу, одновременно быстро снижаясь. Опустившись на ледяную площадку, он, вихляя, покатил по ней, уже удаляясь от дуболомов, но развернулся и, сделав круг, остановился почти возле капрала и генерала. Те ждали, что будет дальше.
Открылся люк, и знакомая нескладная фигура спрыгнула, едва не задев крыло.
--Профэсор, - спокойно и удовлетворенно произнес Лан Пирот, как будто не ждал ничего другого. Но, спрыгнув с каменного вала, он почти побежал к самолету. Желтизна помедлил и поспешил следом за ним.
--Здорово, Профэсор! Неужели это ты? – воскликнул Лан Пирот, и, видя, что Профэсор замер в нерешительности, дружески хлопнул его по плечу.
--Здравствуй, генерал! – Профэсор протянул руку. – Представь себе, я тоже рад тебя видеть. Но какое совпадение!
--Ты здесь, генерал? – раздался голос от самолета и, услышав этот голос, Лан Пирот шагнул вперед. Урфин, опираясь двумя руками на край люка, оглядел бескрайнюю ледяную равнину и опустил взгляд на неподвижного генерала.
--Ну, что ж. Может быть так даже лучше.



Спасибо: 0 
Профиль
зимбул



Пост N: 69
Зарегистрирован: 10.12.09
Рейтинг: 0
ссылка на сообщение  Отправлено: 11.06.10 23:32. Заголовок: Глава 3 Месяц май ..


Глава 3 Месяц май

Шел месяц май 890 года. «Уже май», - задумался Урфин. «Неужели прошло одиннадцать лет? Да, прошло, и мне теперь 57». Урфин поднялся с кресла и пошел принимать ванну. Минут через двадцать пять он снова вернулся в кабинет. Открыл небольшой шкафчик в стене и налил себе калифину. Он ходил по кабинету и маленькими глотками наслаждался калифином; уже давно это был его обычный завтрак. Потом подошел к столу и нажал кнопку вызова. Тотчас отворилась дверь, вошел дежурный капрал.
--Вызови…. Впрочем, не надо, я доберусь сам, - повелитель вышел из кабинета одеваться.
Последнее время Урфин стал больше дорожить своей жизнью и старался избежать случайностей, вроде своего опрометчивого прилета на Южную Землю. Специально для него был сделан костюм из одониза, выдерживающий винтовочный выстрел в упор.
--Будут звонить, я отправился на шахту, - выходя, сказал Урфин капралу.
Урфин вышел, на улице его ждали два дуболома из взвода Бертоса.
--Сегодня чудесная погода, - произнес он довольно громко и посмотрел на термометр, - минус 14.
Дом-дворец повелителя находился в девяти километрах от шахты, но сегодня утром он решил прогуляться. Время еще было, сбор всей армии в зале номер 19 назначен ровно на полдень. Где-то в половине одиннадцатого Урфин подошел к шахте. Прилегающая к шахте местность ничем особенным не выделялась. Несколько деревянных домиков на поверхности и все. В общем, никто не скажет, что здесь находится огромная армия дуболомов. Все разработки и сооружения сразу были упрятаны глубоко под землю.
Урфин зашел в один из домиков. Тут же поднялся лифт. Дуболомы из охраны по знаку повелителя остались на поверхности. На глубине 70 метров лифт остановился. Здесь проходила горизонтальная галерея со служебными помещениями, складами и казармами.
Урфина уже ждали Профэсор и генерал.
--Доброе утро, повелитель.
Урфин ответил на приветствие кивком головы.
--Генерал, до сбора у нас еще час времени, ознакомь меня с последними новостями.
Все трое пошли по направлению к девятнадцатому залу, генерал стал подробно освещать события последней недели. Он шли по коридору, и Урфин посматривал на дверные таблички. «Взвод 62 Капрал Зимгит Помощник 10 бирюзово-желтого». Взвод 63, 64, 65….
Мысли Урфина снова уносились в прошлое. Что он представляет сейчас с его огромной и сильной армией и тогда, десять лет назад, когда у него было двадцать дуболомов, когда он панически боялся Дровосека, когда он жил в своей хибарке. А в предпоследнюю войну….
Всего два неполных года назад он сам начал войну с Диндонией. Сейчас ее даже трудно назвать войной. Начал с армией из 14 взводов. Тогда казалось, и генералу, кстати, тоже, что пятнадцати взводов достаточно вообще, чтобы утихомирить всех соседей на вечные времена. А сейчас под командой генерала пять армий по 20 взводов, пять армий старого типа. Все первые 15 капралов теперь высокие начальники. Пятеро генерал-капралов, десять капгенов (капрал-генералов), кажется командующие корпусов по девять-десять взводов. Ниже взводы и роты по старому, а может быть уже изменили. В подробности устройства армии Урфин не вникал, это дело его генералитета.
И снова перед глазами Урфина промелькнули последние события. Он вдруг вспомнил, как к нему пришел Топотун и пожаловался, что его избили дуболомы. Урфин невольно засмеялся.
--Вы не слушаете, повелитель, - слова генерала вывели его из минутного забытья.
--Нет, нет… я слушаю.
--Так вот, - продолжал генерал, - на сегодняшний день перевооружение армии, можно считать, выполнено. Я имею в виду: доспехи есть у всех. Кроме того, каждый второй дуболом имеет двойной комплект. Есть и небольшие недостатки. Главное – это нехватка автоматического оружия личного пользования. Нужно не меньше 230 автоматов. Но в связи с капитуляцией Пончарии…. Короче, у меня пока все.
Урфин задумчиво кивнул и снова поднял глаза. Теперь он обращался к Профэсору.
--Да, а дуболомы не имеют претензий к доспехам? Никто не говорит, что это глупая выдумка, закрывать все тело одонизом?
--Нет, ничего такого не было.
--А точная подгонка доспехов? Старики, как я понимаю, делали лично для себя. А новенькие?
--Новые дуболомы, начиная с 30 взвода все стандартные, - ответил Профэсор неторопливо, как будто нехотя. – доспехи легко поменять и сделать запасные.
--Мы пришли, - генерал остановился, показывая на дверь № 19. Лифт поднял их на 30 метров выше основной галереи. Профэсор открыл дверь.
--Я здесь еще не разу не был, - воскликнул Урфин, входя в зал. Он был поражен его огромными размерами. Даже его дворец был ничто по сравнению с одним этим залом.
--Профэсор, а почему я ничего не знал об этом зале? – как-то странно проговорил пораженный Урфин.
--Это был небольшой сюрприз, - любезно объяснил генерал.
--Это своеобразный полигон для опытов по новому оружию, - продолжал Профэсор. – Я уже пять месяцев ищу катализатор для нефти. Нам достались документы наших предшественников, которых генерал вовремя изгнал отсюда. Кто-то из них занимался очень необычными вещами. Мне удалось разобрать эти документы. В них конкретно перечислены десять солей одониза и приведены какие-то результаты опытов с ними. В общем-то понятно, где еще изучать одониз и его соединения – это единственное известное месторождение в мире. Но самое интересное – заметки на полях о неудачных результатах. Если я правильно понял, автор выяснял, какая из этих солей и при каких условиях будет мгновенно реагировать с нефтью. А это дало бы огромной силы взрыв, в 6-7 раз мощнее употребляемой нами взрывчатки.
--Минуту, я прерву, - остановил Профэсора Урфин. – Работы ведутся пять месяцев, а успеха, как я понял, нет. Кажется, за это время можно перепробовать все.
--Я объясню, - Профэсор продолжил. – Очевидно, что в документации, которая попала к нам, намеренно не указан какой-то фактор. Может быть, вообще, эти исследования велись с подачи мгалиан. Разведчики генерала утверждают, что к югу отсюда видели их машины. Сейчас там никого нет, но я сам осматривал место, следы лагеря тогда еще сохранялись. В таком случае дело обстоит сложнее, нам неизвестны методы мгалианской науки. И вообще нам о них ничего не известно. А ведь именно при помощи мгалиан рудокопы начали производство роботов, самолетов, и не знаю, какую новинку они предложат нам сейчас.
--Почему я об этом ничего не слышал! – снова прервал Урфин. – Впредь прошу своевременно вводить меня в курс последних новостей. Продолжайте, что там еще у вас?
--Так вот, этот зал возводили 620 дуболомов в течение двух месяцев. Вынуто больше 6,5 миллионов кубометров породы, общим весом 32 миллиона тонн. Точные размеры зала: длина – 547 метров, ширина – 390 метров, высота – 30 метров.
--Значит здесь до поверхности 10 метров? – снова прервал Урфин невозмутимый голос Профэсора.
--Да, примерно 10. Но над потолком часть грунта тоже убрана и сделан свод из ребер жесткости. Стены зала выложены плитами из одониза. Иначе было нельзя, малейшее сотрясение грунта раздавило бы зал. А теперь, давайте все-таки пройдем к трибуне.
Около стены возвышалась временная трибуна, высотой не менее восьми метров. До 12 часов оставалось 10 минут, и Урфин с Профэсором поднялись на нее.
--Профэсор, а как дуболомы прибудут сюда, ведь лифт больше четырех не вмещает?
--К залу пробит наклонный тоннель.
Генерал остался внизу, ему нужно было строить армию. Дуболомы прибывали очень быстро и выстраивались ровными шеренгами. Лан Пирот выкрикивал отрывистые команды. Освещение зала было прекрасное, и Урфин видел всех выстраивающихся дуболомов. Эти ровные ряды, крупные матовые тела привели его в бодрое настроение. А дуболомы все прибывали и прибывали, тут же занимая свое место в строю.
Ровно в 12 часов Лан Пирот доложил повелителю, что армия в количестве 92 взводов дуболомов и 7 взводов полицейских построена. 8 взводов несут дежурную службу здесь и на поверхности.
Сбор открыл Лан Пирот. Он говорил о долге дуболомов спасти свою Родину от нашествия железной чумы, о том, что только они могут спасти цивилизацию пон, пипов, карудов. Его сменил Профэсор. Он подробно описал силы и средства предстоящей борьбы. И последним выступил Урфин….
Урфин возвратился к себе поздно. Много времени занял осмотр шахты, оружия, беседы с дуболомами. Он вошел в кабинет, не включая света, сел в кресло. Устроился в нем поудобнее и решил немного отдохнуть, прежде чем принять у себя Начальника полиции и капралов.
Урфину почему-то вспомнились события годичной давности. В июле он отдыхал у себя на вилле, недалеко от Ртужпола. Рядом было теплое море, купание, морские прогулки. У него гостили трое пон со своими женами, в общем компания была шумная. И тут 27число – известие, что рудокопы начали войну; паническое сообщение: Ртужпол не прикрыт. Возвращение в Ртужпол, организация обороны, ужасные бомбардировки, десанты…. Это была самая страшная война, виденная им. Ртужпол прикрывали всего восемь взводов дуболомов, срочно переброшенные Кароном, взвод личной охраны, взвод полиции. Увеличить силы не представлялось возможным.
Десять взводов изматывали 11 диндонскую армию арьергардными боями. Дуболомы имели небольшое преимущество над противником, который не мог полностью применить авиацию в горах, порой подступающих к самому берегу. Морские боевые действия запрещал договор с Пончарией, который Диндония в то время еще соблюдала. Но все равно, Ртужпол пал на 12 день войны, через день после потери Жукпургио.
Потом был приказ об эвакуации, перелет на Юг, приход караванов. Армия вырвалась, сохранив основную силу: двадцать девять взводов, испытавших на себе всю мощь нового вооружения рудокопов. Началось строительство поселка, шахт, пополнение потерь, изготовление еще 60 взводов.
По этому поводу состоялась крупная ссора с Профэсором и генералом. Урфин случайно узнал, что они отказались от железного дерева и распорядились изготовлять дуболомов из обычного строевого леса. Профэсор сослался на доспехи, на то, что железное дерево растет не ближе чем в Ндитабии, а строевую древесину можно привезти с Вигийских островов или из Орокупии. Повелителю пришлось уступить.
И тут Урфин первый раз за 11 лет почувствовал, что к нему изменилось отношение со стороны дуболомов. Он уже не видел того фанатического обожествления и подчинения. Дуболомы стали не те, они все уже делали по собственному разумению. Урфин почувствовал, что власть его тает, что это неумолимо. И такое ощущение постепенно укреплялось. Без его ведома 120 дуболомов совершили нападение на Нтурокалор….
Это было через месяц после прихода второго каравана, а Урфин узнал обо всем только тогда, когда потребовалось ехать на Фемукты, подписать мирный договор. Лан Пирот уже обсудил с бочкарями все пункты: отказ Нтурокалора от Ялтурфы, свободное плаванье дуболомовских судов, льготные поставки нефти в обмен на руды, добываемые попутно с одонизом в дуболомовских шахтах.
А внешне все выглядело очень представительно: Урфин прибыл на трех кораблях, с огромной свитой. Пришлось смолчать, сделать вид, что обо всем уже знал или догадывался.
Вот и сегодня Профэсор сообщил ему такие вещи, которые следовало знать гораздо раньше. Неужели так должно быть? Что делать? Этот мучительный вопрос он задавал себе десятки раз. В часы отдыха, работы, развлечений этот вопрос преследовал его, и он тщетно искал ответ. Неужели конец, неужели самое важное и главное наполнение его жизни исчезнет. Может быть, поехать в Пончарию, получить там образование? Но в Пончарии сейчас диндонцы…. Тогда в Мгалианию? Надо что-то делать. «Они должны остаться моими».
Но все-таки у него осталось кое-что! Вот здесь, за стенкой - зимний сад. Среди двух десятков цветов и крон скромно приткнулось и оно. Его растение. Эту тайну своего могущества Урфин не доверил никому. Караваны привезли огромные запасы порошка, результат четырехлетней работы секретных плантаций. Этого пока хватает и хватит еще надолго. Но уже сейчас требуется продумать дальнейшее…. Он займется этим завтра же!
Урфин стремительно встал. «Теперь необходимо поговорить с Начальником полиции. Я обязан знать все. Пусть он вспомнит о своих обязанностях и обеспечит меня этим».

Глава 4 Победители

В конце октября с Диндонией было покончено. Война шла 4 месяца и дуболомы сделали свое дело – они уничтожили военную промышленность и армию до последнего робота. В разоренную страну хлынули лавины пон. Они хотели взять свое за ужас прошлогоднего разгрома. В сентябре прошлого года Диндония моментально уничтожила понскую армию на границе, и Пончария безоговорочно признала свою капитуляцию….
А дуболомы теперь возвращались на Родину. На Юге осталось лишь семь взводов, готовящих подземный лагерь к консервации. Профэсор сидел у себя в лаборатории и перебирал сейф с документами. Основную массу представляли копии отчетов капралов разных рангов о проделанных военных операциях. Часть из них Профэсор уничтожал, другие перекладывал в маленький сейф, готовящийся к отправке. Вот в руки попала синяя папка. Профэсор прочитал: «Операция «Топотун». Начало – 21.10. 889». Захват нефтяных промыслов Нтурокалора.
Здесь была подробная карта побережья в районе Гухлена. На ней крестиками помечены места высадки дуболомов. Всего в операции участвовало 120 дуболомов. Они без особого усилия подавили военные базы в этом районе и занялись вывозкой нефти.
Затем следовал список дуболомов наиболее отличившихся. Руководил операцией Дарук – за ее успешное проведение получил 800 литров калифина. А в придачу, впоследствии, звание генерал-капрала и должность командира второй армии. Дальше следовали еще кое-какие подробности, но Профэсор не стал углубляться, его ждала масса других документов.
Все-таки, закрыв синюю папку, он на мгновение невольно задержал ее в руках, припоминая то, что не вошло в отчет. Каким-то непостижимым образом Дарук сумел выручить четырех пленников: Литоса, Инспектора и двух безбилетников – Павлина и 9 розового. А ведь о них ничего не было известно. Еще в августе Профэсор сам вывез на самолете с островов отряд Гуся, который оставался там специально, но так ничего и не узнал о пленных.
Литос, несмотря на то, что не участвовал ни в одной из войн, быстро пошел в гору. Дарук по старой приязни еще со времен экспедиции, назначил голубого капрала командовать нефтяными транспортами. Литос был, может быть, чересчур груб, но отлично наладил дело. И когда встал вопрос о назначении пятого генерал-капрала, Лан Пирот остановился на нем. При вторжении в Диндонию Литос уже командовал 5 армией. Он высадился с ней на Кульвийском перешейке у границы Пончарии.
Профэсор убрал папку в сейф и пошел дальше. Он увидел свой отчет о работе над катализатором нефтяного взрыва. Это навеяло на него неприятные мысли. Столько времени было убито над решением проблемы, а она была до примитивности проста. Вернее, просто было приготовить катализатор. В химической сути реакции разобраться так и не удалось.
Через секунду в руках Профэсора задержался документ следующего содержания: объяснительная записка генерал-капрала Гитона по случаю драки с патрулем, после пятинедельного калифинового сна. Загадка такого продолжительного сна, из-за чего собственно Профэсор и занимался этим делом, объяснилась просто. Прежде чем напиться калифина генерал-капрал полностью облачился в новенькие одонизовые доспехи. И пролежал два месяца за ящиком с рудой, где его никто не догадался поискать. С тех пор калифин выдавали только в обмен на снятые доспехи. Профэсор бросил записку в стопку приготовленных к уничтожению.
Прошло два часа, в лаборатории раздался сигнал. Профэсор вышел и направился к лифту. На поверхности его ждал самолет. Через 35 часов самолет опустился на аэродроме под Витакой. Теперь Профэсора ждала мирная работа по устройству разрушенного хозяйства дуболомов.
Дел, как ни странно оказалось очень много. Казалось бы, какие особые нужды у армии-победительницы. Дуболомы стали почти неуязвимы. Одонизовая броня защищала их от всех известных средств поражения, доспехи на прочность были равносильны 54 сантиметровой броне. Однако генералу и капралам этого стало недостаточно. Они хотели теперь иметь и собственное вооружение. Из временно оккупированной северной Диндонии вывезли двенадцать уцелевших заводов. За их пуск отвечал, конечно, Профэсор.
Первым заработал автомобильный завод, Профэсор уделял ему большее внимание. Он хотел проверить на практике, годится ли его катализатор для увеличения мощности двигателей внутреннего сгорания. Были изготовлены образцы новой техники.
Наступил примечательный день. Сдавались сразу два образца: машина марки «Жероне-Желтизне» и небольшой, малинового цвета, полицейский автомобиль. Одна – олицетворение мощности и неповоротливости, другая – скорости и проходимости. Обе машины из одониза. Техническая испытательная комиссия в составе двух капралов, двух дуболомов и двух полицейских осталась очень довольна. Как раз то, что нужно дуболомам с их жесткими подходами к технике – покрепче и так далее. Сразу чувствовалось, что это машины третьего поколения.
Когда-то первые машины дуболомов были сделаны из дерева, обитого стальными листами, и приводились в движение с помощью педалей. Но к войне с рудокопами они оказались непригодны. Машина дуболома служит в первую очередь для защиты, а потом для передвижения. Деревянные машины не могли соперничать с артиллерией, легко прошивающей их и вызывающей пожары. Дуболомы горели у себя же в крепости.
На смену дереву пришел металл. Педали заменил порошковый двигатель, созданный Профэсором. В свое время это был большой успех, теперь стало расточительством. И вот, наконец, машины с двигателем внутреннего сгорания и броней, которой не страшны обычные пушки….
Вторую половину дня Профэсор как всегда посвятил собственным исследованиям. Сейчас он изучал сведения о мгалианах, или магвинах, как их называли чаперахские пипы и каруды, и которые все еще были загадочными и непонятными. Он старался не пропускать никаких источников. Пользовался даже почти фантастическими рассказами пон и пипов, бежавших с завоеванного Чаперахе. Но основными документами служили дневники экспедиций – четвертой, Матифа, и шестой, Лан Пирота, а также отчеты пограничной заставы и экипажа самолета. Основной интерес представлял отчет, сделанный по поручению Профэсора 3 красного и 4 белого. Эти два дуболома из 3 экспедиции сообщили поистине важные сведения. Профэсор заинтересовался настолько, что дуболомов вызвали из Гульбоны и Колн-Кеманта в Ртужпол для детального разговора.
Профэсор хотел уточнить, то есть не уточнить, а представить общий технический уровень мгалиан, их связи с другими народами. Этого не было в отчете, написанном о непосредственных событиях.
--Можно, я начну с завоевания Чаперахе, - спросил 4 номер, - а мой друг поправит и дополнит меня.
Профэсор согласился и приготовился слушать.
--Мы попали к мгалианам, когда завоевание еще продолжалось и было видно, что они только-только захватили Шарантуш. Но уже через несколько дней стало известно, что взят Ижитар, самый южный из портов. Таким образом, весь огромный Чаперахе, вернее три четверти его они очистили за три месяца. Армия местных пон была бессильна против техники мгалиан. Когда же они впервые столкнулись с нами, то решили пока не трогать ни нас, ни нашу территорию на острове. Иначе, я не знаю…
--У них очень совершенные роботы, - перебил, не выдержав молчания, 3 красного. – Говорят, что диндонцы делали роботов с помощью мгалиан, но мгалианские роботы на них совершенно не похожи. Они умеют гораздо больше и все понимают.
--Нас они тоже приняли за роботов, - подхватил 4 белого, - потому что думают, что робота можно сделать как угодно совершенным. Они пытались изучать нас, но так и не поняли нашего устройства. Поэтому они считают Урфина гениальным человеком, оставившим позади современную науку. Так они говорили. Хотели им заняться в ближайшее время. Но прошло много месяцев и ничего не слышно. А может быть взяли верх наши друзья?
--Там есть и такие? – удивился Профэсор.
--Да, там есть человек – Леан Уг, это большой друг дуболомов.
Беседа продолжалась долго, Профэсора интересовали мельчайшие подробности. Дуболомы ушли поздно. Профэсор чувствовал, что через небольшой промежуток времени непомерно возросшие интересы дуболомов и мгалиан встретятся и неизвестно, чем все это кончится.
Мгалиане изучали своих пленников, это тревожно. И ничего не поняли – того хуже. Собирались заняться Урфином – этого еще не хватало. Был Рункод, теперь появился Леан Уг. Чем дальше, тем слабее казалась Профэсору надежда на повелителя. Тайну свою он хранит надежно. Но исчезни Урфин, кто первый в нее проникнет: дуболомы или их враги?
Еще до войны Профэсор убедился, что добраться до секретных плантаций не только нереально, но и опасно. Начальник полиции, с которым его сблизила борьба с генералом, сблизила до самых откровенных разговоров, напрямую предостерег Профэсора. Урфин избавился от генерала, также мог избавиться от любого из них.
И Профэсор пошел в обход. Начальник полиции поделился с ним записями разговоров Эота Линга, впоследствии исчезнувшего. Самый первый спутник Урфина многое видел собственными глазами. Клоун даже утверждал, что Урфин оживил его раньше, чем нашел растение. Он очень подробно описывал поиски растения, первую плантацию, странный способ его разведения. Именно способ – измельчение, и натолкнул Профэсора на легенду о траве ирути, сохранившуюся в архивах Плюмстая.
Профэсор встал и подошел к одному из шкафов. Где-то должны быть записи этой легенды, которые он бегло просмотрел перед самой войной. Вот они!
Итак, трава ирути – или «дитя бури». По рассказам горцев никогда не цветет и растет один день. Дальше с ней происходят странные превращения. Растение начинает уменьшаться в размерах, а корень, наоборот, уходит все глубже и глубже. И, в конце концов, все растение как бы погружается в почву. Но стоит налететь буре, и после нее на месте одного или нескольких стебельков – целые поляны, луговины, покрытые странной травой. Трава, впрочем, целебная. Ее отвары возвращают силу и здоровье, как видно буря дарит траве ирути часть своей мощи. Особенно Профэсора заинтересовало описание действия отваров – уж больно напоминало калифин. Калифин, но не живительный порошок. В предании не говорилось, что траву можно высушить, видимо только Урфин догадался сделать это.
Профэсор увидел в записях свою пометку, означающую сомнение. Действительно, дальше в рассказах горцев говорились уже совсем невероятные вещи. Ирути собирает не только силу бури, но и гнев бури. В местах, где в землю уходили ее длинные корни, находят ужасные камни – «терпиаты» или камни-убийцы. В чем ужас этих камней, легенда не говорила, но в другом месте называла их «незрелыми плодами царства мрака». Почему незрелыми? Или они похожи на такие плоды? Но чем, формой, цветом? Если цветом, то они должны быть зелеными….
Зеленые камни! С ними Профэсор где-то уже сталкивался. В рассказах пон, бежавших с Чаперахе? Нет. В дневниках экспедиции Лан Пирота! Впрочем, сведения генеральской экспедиции были не менее сумбурны, чем рассказы беглецов. События, происходившие в Узугедрийском море, путались и переплетались, вот тут и замешались в дело какие-то светящиеся камни. Очень странны сообщения о «непьющемся калифине», но не страннее рассказов легенды о камнях-убийцах.
Профэсор углубился в отчет экспедиции, разбирал его буквально по строчке. К утру он пришел к выводу, что зеленый камень заслуживает, пожалуй, большего внимания, чем мгалиане. Что-то было в этом событии, роднящее с другим загадочным материалом, рапортом только что вернувшихся нефтеразведчиков. Дело также происходило в Узугедрийском море.

Глава 5 Призраки странного моря

В конце осени семь дуболомов во главе с капгеном Ельведом были отправлены в разведывательную экспедицию за нефтью к южным берегам Элсантопии. Предстояло подводное бурение в открытом море. На глубине 1800м дуболомы установили буровую вышку, но нефти не было. Так же безрезультатными оказались и следующие шесть проб.
Седьмая оказалась удачной, на глубине 1200м забила нефть. Правда, фонтан был не особенно мощным, все-таки столб морской воды оказывал сильное давление. Но он смог наполнять резиновые резервуары емкостью по 200 тонн. Дуболомы на дне надевали на них жесткую оболочку из стальных прутьев, и они, так как были легче воды, всплывали на поверхность. Там их собирали и прицепляли к мощному буксиру. Постепенно было наполнено пятнадцать резервуаров, затем направленный взрыв специального заряда перекрыл фонтан.
Экспедиция возвращалась по Узугедрийскому морю, вот тут и произошли необъяснимые события. Судно вошло в полосу тумана, как это сначала показалось дуболомам. Но это был не туман, а какая-то желтая пелена.
Ельвед приказал быть внимательнее. 8 коричневого взял автомат и пошел на корму судна. В этот момент ему показалось, что пелена вообще накрыла судно и почти ничего не видно. И тут на корме в двух шагах от себя он увидел незнакомого дуболома. Все остальное расплывалось в тумане, но дуболом был виден очень отчетливо. Он стоял к 8 номеру спиной и держал в руке автомат.
Дуболом обернулся, и 8 коричневого ошалело шарахнулся назад. Дуболом был точно такой же, как и он, только без доспехов. 8 номер видел свое изображение в зеркале и детально помнил его – теперь он молниеносно сопоставлял. Все вплоть до мельчайших царапин было его, но он стоял здесь, а тот другой - напротив. Замешательство продолжалось доли секунды. 8 номер вскинул автомат и приказал «пришельцу» бросить свой.
--Одно движение и я стреляю! – предупредил он и направил автомат на голову «гостя».
В это время, неловко пятясь задом, из пелены вынырнул еще один дуболом, уже без автомата. 8 коричневого невольно отпрянул, но почему-то сразу успокоился: этот был в доспехах.
--Что происходит? – спросил он, оборачиваясь, и 8 коричневого убедился, что это свой – 5 серого.
--Отбери у него автомат! – крикнул он, указав стволом на неизвестного. 5 номер шагнул и замер:
--Кто это?! Почему он такой же, как я?
8 коричневого удивленно оглядел незнакомца, ничего не понимая. Перед ним стоял именно его двойник, но никак не 5 серого. Сказать или нет? Если сказать, то мы сейчас начнем спорить, а он тем временем…
--Что остановился! – крикнул он. – Похож - не похож, это враг! Вперед!
Подстегнутый окриком, 5 серого подскочил к «гостю». Тот стоял по-прежнему неподвижно, как статуя, и, казалось, не видел и не слышал дуболомов. 5 номер вырвал автомат и, не дожидаясь, пнул незнакомца. Тот свалился, не шевельнув ни рукой, ни ногой, и остался неподвижно лежать.
--За что вы его? – спросил кто-то совсем рядом с 8 коричневого. Он отшатнулся и чуть не выстрелил, но это опять был свой - 1 голубого.
--Поглядите, он же совсем как я! Это робот?
5 серого вскинул голову, но 8 коричневого сделал предостерегающий жест рукой.
--Помоги лучше! – повернулся он к 1 номеру. – И не спрашивай, мы сами еще ничего не знаем.
--Здесь рядом люк грузового трюма. Запрем его там, - предложил 5 серого. Он поглядел на 8 номера, думая, что тот уже все понял и подскажет, что делать.
--Давайте, только быстро, а я покараулю, - ответил 8 номер. Кого или что он собирался караулить, он не мог бы сказать и сам. Но, оставшись один, он, не выпуская из рук автомата, зорко оглядел ту небольшую площадку, которую позволял видеть туман. Все было без изменений, и только странная тишина и неподвижность сбивали с толку.
--Все в порядке, - 5 и 1 номер вынырнули из желтой пелены. – Ты уже все понял? Зачем….
--Смотрите! Он вылез! – крикнул 1 голубого. – Но почему же он как я?
8 коричневого всем телом развернулся в ту сторону, куда глядели его товарищи. Ничего нового! Тот же двойник, который каждому из них кажется его отражением. Но он уже не стоит столбом, а идет на них, чуть пригнувшись. И опять у него автомат. Автомат! До этого, пораженный собственным двойником, 8 коричневого не обратил внимания на оружие пришельца. А ведь автомат с квадратным магазином – единственный на буксире, и этот автомат в его собственных руках.
А сейчас в руках «гостя» второй, и у 5 серого – третий! Кажется, это понял и 1 голубого. Тронув пальцем автомат 5 серого, он прошептал, указывая на незнакомца:
--Этот не из трюма…. Это еще один!
5 серого вскинул автомат и нажал спусковой крючок. Никакого звука.
--Подделка! – закричал он, и швырнул недействующее оружие в пришельца. Тот отшатнулся, за бортом послышался всплеск, и «гость» сам вскинул свой автомат. 8 коричневого не выдержал и выстрелил. Простучавшая очередь вывела дуболомов из оцепенения.
Они ясно увидели, что пули в трех местах прошили голову незнакомца, но не причинили ему никакого вреда. Он продолжал приближаться. 8 коричневого с криком бросился на «гостя». Нападая спереди, он применил прием, отработанный до мастерства. Двойник взмахнул руками, выронил автомат и перевернулся в воздухе. В следующее мгновение 8 номер поднял его и бросил за борт.
--Эй, на судне! – раздался вдруг крик со стороны моря. 8 коричневого заметил, что 1 и 5 номер подошли к борту и встали рядом с ним. Но не это приковало его внимание. Пелена впереди чуть поредела, стало видно воду метров на двадцать, и одновременно из тумана вынырнула резиновая лодка. Какой-то дуболом греб, приближаясь к буксиру. Вот он развернул лодку, встал во весь рост и замахал руками. 8 коричневого от удивления чуть не открыл рот, хотя он был скрыт маской – это был еще один двойник.
--Что уставились! – весело закричал пришелец. – Или своего не признали? Кидайте трап, я сейчас подъеду.
8 номер отскочил от борта. Ему захотелось убежать, куда-нибудь спрятаться. Желтая пелена внезапно стала гуще, и он уже не видел ничего вокруг себя. 8 коричневого приготовился защищаться….
Вдруг пелена разом пропала, дуболом увидел яркое ослепительное солнце и спокойное море. Рядом раздавались громкие голоса, это были товарищи. Не только те двое; здесь собрались все семеро.
--Что это было, ты видел, - кричал 1 голубого. – Он такой же как я, тоже дуболом. Их было трое и все одинаковые.
--Подожди, одного мы заперли в трюме, - перебил 5 серого. – Пойдем, поглядим!
--Я думаю, там уже никого нет, - прервал Ельвед. – Как-то странно они все исчезли.
9 коричневого закричал, показывая пальцем вверх. Над морем летел дуболом. На нем не было летательного аппарата, но он летел, скорее даже плыл в небе. Странная поза, бесшумный полет, абсолютная неподвижность тела производили жуткое впечатление. Дуболом-призрак.
Все дуболомы почувствовали в этот миг, что они совершенно одни на маленьком суденышке, затерянные в огромном открытом море.
Но летящий дуболом был последним, больше никого не видели. Какое-то время все приходили в себя, то и дело оглядывали небо или море, а то и друг друга. Ельвед беспорядочно бродил по буксиру, дуболомы молча топтались на палубе. Но вот к командиру подошел рулевой, что-то тихо сказал, и они вдвоем подскочили к штурвалу и приборной доске. Выяснилось, что пелена окутывала дуболомов не полчаса, как показалось всем без исключения, а целых шесть часов! За это время их судно почему-то резко изменило курс и шло теперь точно на запад. У самой кромки горизонта Ельвед в бинокль разглядел узкую полоску земли и быстро прикинул, что если они действительно шли шесть часов на запад, то это берег Элсантопии.
Так и оказалось. Капген решил не играть с неизвестностью, пристать к берегу и отправиться в обратный путь на следующее утро.
Дальше рапорт кратко и сжато упоминал о нелепом налете местной банды пон и карудов. Налетчики вспороли несколько оболочек, выпустили нефть и подожгли. Отряд Ельведа успел захватить одного из диверсантов и, бросив караван, бежал на буксире. Пленный сознался, что банду послал местный нефтедобытчик….
Море экспедиция пересекла с большими предосторожностями, но рейс закончился благополучно.



Спасибо: 0 
Профиль
зимбул



Пост N: 70
Зарегистрирован: 10.12.09
Рейтинг: 0
ссылка на сообщение  Отправлено: 11.06.10 23:33. Заголовок: Глава 6 Встреча с п..


Глава 6 Встреча с предками

Через несколько дней Профэсор специально приехал на заседание генералов, которое должно было обсуждать результаты экспедиции Ельведа. Как он и ожидал, в армии к сообщению Ельведа отнеслись с явным недоверием. Лан Пирот сразу заявил на заседании, что – это сговор, выдумки командира экспедиции, не сумевшей справиться со сложным заданием.
--Они или доломали буровую установку, или не нашли нефть, или упустили караван, или сами его сожгли. Ездили как на прогулку, и вот результат. Это Профэсор – любитель диковинок, а я дуболомов знаю. Я накажу Ельведа без пощады.
--Дело все-таки надо расследовать, - не согласился Профэсор. При слове «расследовать» встрепенулся Начальник полиции, наряду с Бертосом участник генеральского совещания.
--Профэсор хочет организовать специальную экспедицию по обследованию Узугедрийского моря, - неодобрительно пробормотал Карон и облокотился на стол сразу двумя руками. Генерал-капралы задвигались, Литос и Дарук презрительно хмыкнули. Профэсор быстро огляделся: все, даже Жерон, согласны с генералом.
--Незачем никуда ездить! Нужно разобраться с тем, что уже есть. Могут обнаружиться и другие случаи с появлением странных дуболомов. И поближе, и непонятнее.
--Один случай я знаю, - негромко сказал Начальник полиции. Генералы не удостоили его ответом, Лан Пирот перешел к другим делам. Но Профэсор с пониманием посмотрел на полицейского. Со времен заговора справедливости и травы ирути им часто приходилось иметь дело друг с другом.
Начальник полиции передал Профэсору пону, который распускал в Лауме нелепые выдумки. Пона упорно утверждал, что сам лично видел каких-то необычных дуболомов. Они неизвестно откуда появились на берегу после того, как в море погрузились желтые блестящие машины неведомой конструкции. Дуболомы удалились в горы и скрылись, при этом они не взбирались, а двигались как бы по воздуху.
Все это пона видел в 140 километрах к югу от Ртужпола на самом диком участке побережья. Профэсор тут же отправился туда вместе с поной и четырьмя дуболомами: 8 белого, 6 желтого, 6 и 7 сиреневого…
6 желтого закрепил моторный плот, чтобы его не унесло.
--Пона, ты уверен, что это здесь? – спросил Профэсор, настороженно оглядываясь.
--Да, да, - заговорил пона. – Я их видел вон с той скалы, - пона указал рукой.
Пона остался у плота, а дуболомы пошли дальше вглубь берега. Предупрежденные Профэсором они внимательно оглядывали каждую мелочь. У Профэсора не было пока никаких четких намерений. Он хотел найти хоть то-то материально свидетельствующее о таинственных обитателях морского дна. После осмотра берега он намеривался подняться на скалу, указанную поной.
--Вот они! – раздался отчаянный крик дуболома. Все обернулись и увидели четверых людей в десяти шагах от себя. Люди, обличием те же рудокопы, стояли плечом к плечу и смотрели, казалось, не на дуболомов, а сквозь них, так спокойны были их позы, так высоко держали они головы.
Пона сидел на камне у самой воды. Он обернулся, привлеченный криком, и заметил странность в поведении дуболомов. Он увидел, как дуболомы боком движутся по кругу, как будто хотят и не могут приблизиться к чему-то. Пону охватил страх, он ничего не мог понять: в центре круга никого не было. Пона кинулся к плоту.
Невидимый барьер не пускал дуболомов, они убедились, что он окружает «рудокопов» со всех сторон. «Странно, - в панике думал Профэсор, - как же возможно такое? А их лица, фигуры! Один не отличим от другого. Люди не могут быть так похожи, это роботы. Но таких совершенных роботов я не видел. Мгалиане?…».
Один из рудокопов поднял руку, призывая к вниманию.
--Мы знали, что вы придете к нам. Мы ждем вас уже давно. И вот как видно настало время, когда вы вернетесь к своим собратьям. Что ж, мы всегда готовы принять вас.
--Куда вы нас зовете? – спросил 6 сиреневого.
--Какие мы вам собратья? – вскричал 6 желтого. – Если мы собратья, зачем эта стенка? Кто вы такие?
Он ударил кулаком невидимую преграду. И вдруг рука прорвалась сквозь нее. Четыре фигуры стали быстро меркнуть и исчезли.
--Мы поспешили. Вы еще придете к нам. А теперь другого выхода нет… да нет, - донеслось до дуболомов, может быть, просто показалось.
--Что это было? – спросили в один голос дуболомы. Профэсор не ответил и прошел в задумчивости по тому самому месту. Казалось, он ничего не видел. Профэсор шел и смотрел под ноги, которые утопали в массе мелких прибрежных камней, гладко отшлифованных морем за многие тысячи лет. Да, многие тысячи лет все это уже было. Профэсор остановился. На какую-то секунду все здесь показалось ему совсем чужим: и эти грозно нависшие дикие скалы, и море, тихо шумящее за спиной, и даже камни под ногами. Внезапно все звуки смолкли.
Профэсор даже не понял, что произошло, он подумал, что это только с ним одним. Но и дуболомы остановились. 8 белого ошалело оглядывался.
--Что это? – закричал 6 сиреневого. Его голос загудел в жуткой тишине, эхом отразившись от скал. И больше ничего, ни единого звука.
--Что опять с нами, Профэсор? – шепотом спросил 8 белого. Дуболомы приблизились друг к другу, готовые к любой неожиданности. Они ждали, что будет дальше.
Тишина все усиливалась, теперь дуболомы не слышали и друг друга. Все окуталось в легкий желтый туман. Нет, не туман, просто все стало бледно–желтым – и скалы, и небо, и море, и товарищи. А потом не стало ни ветра, ни волн. Море застыло… желтый неподвижный мир становился все бледнее и бледнее. Каждый дуболом разом почувствовал свое одиночество, с товарищами его ничего не связывало, он даже перестал видеть и ощущать их. Он теперь только чувствовал. Себя, самого себя! Его собственное «я» выросло в этом жутком мире одиночества, и теперь было несоизмеримо с прошлым. Время как бы остановилось….
А потом произошло что-то ужасное: это «я» стало уменьшаться, и вот теперь их два. Дуболом это чувствовал, он чувствовал, что он одновременно и здесь и там, где-то рядом. Сначала возникла ненависть к тому, другому. Но ведь это был он сам. И ненависть переросла в спокойствие, а потом в любовь, любовь самого к себе. Он свыкся с мыслью, хотя и не понимал, что это; привык к тому, что существует в двух индивидах. Казалось, прошла вечность, и теперь он был уверен, что так было всегда. Они всегда были вдвоем, он не мог жить без своей половины. И вдруг в мире, где существовали только они, появился третий. Они сразу приняли его. Еще ничего не изменилось, ничего не произошло, но они уже поняли, что чем-то отличаются друг от друга. Это отличие было незначительно, почти неуловимо. Потом появился четвертый, пятый….
Это происходило сразу. Он понимал, что их становится больше, но не ощущал этот количественный переход. Все больше росло различие, каждый становился индивидуальностью. Дуболом то существовал каждым из них, то ими всеми, и тогда он понимал и вспоминал, кто он. Он был дуболомом, когда был всеми ими, всеми, вместе взятыми. Теперь их были тысячи, и он был каждым из них; тогда он забывал, что он дуболом; он был кем-то, кого еще не знал.
Затем наступил мрак, забытье. Что-то произошло. Он видел свой облик, потом еще и еще. Их были тысячи, и он чувствовал каждого. Это были живые существа, они называли себя аламеяне. Шла война, одна цивилизация уничтожала другую. Потом появилась планета, его Родина…
И тут дуболом окончательно взял верх. Он испугался становиться кем-то еще, ему было все труднее и труднее возвращаться оттуда из прошлого и становиться дуболомом. Прошлое уплывало, теперь он окончательно почувствовал себя дуболомом. Товарищи тоже возвращались; они снова на берегу моря, они те самые дуболомы.
Профэсор обхватил голову двумя руками и медленно раскачивался из стороны в сторону.
--Ничего себе приключение! – сказал 8 белого и стукнул по плечу 6 желтого. – А все-таки мы дуболомы!
--А где плот? - крикнул 7 сиреневого. Плота не было, его угнал трус пона.
--Ничего, - сказал Профэсор и поднялся. – Мы доберемся и пешком. А теперь пошли, надо торопиться, нам предстоит много дел.

Глава 7 Здравствуйте, мгалиане

Профэсор почти бежал по узкой прибрежной тропке, четверо дуболомов вереницей следовали за ним. Никто ничего не спрашивал. И так было ясно, что Профэсору не терпится добраться до Ртужпола.
Портовый город был уже недалеко, но Профэсор свернул в сторону от моря и теперь перешел уже на настоящий бег. Его спутники понимающе переглянулись, где-то там у подножия горы располагалась специальная мастерская и лаборатория Профэсора. Никто из них еще в ней не бывал.
Пока дуболомы рассматривали богатое хозяйство спецлаборатории, Профэсор вытаскивал из сейфа многочисленные папки, некоторые бросал на свой рабочий стол, остальные сваливал тут же на пол. Наконец он оставил сейф и склонился над столом. Дуболомы перешептывались и постепенно продвигались к выходу. Им очень хотелось уйти и поделиться где-нибудь впечатлениями о случившемся на берегу моря. Радостный крик Профэсора заставил их замереть.
--Так вот что они имели в виду! – воскликнул Профэсор, оборачиваясь. – Выводы нелепые, но сразу видно, к чему хотят подобраться. Так у них ничего не выйдет. Вот, слушайте, - и он стал громко читать вслух. Профэсор прочитал страницу, перелистнул, приступил к следующей. Папка была довольно толстая и 6 желтого, переглянувшись с другими, перебил:
--Профэсор! А ведь мы ничего не поняли.
--Ни-че-го?! – Профэсор оглядел по очереди каждого, - Странно! Ну, тогда идите.
Профэсор поглядел вслед ушедшим, потом перевел взгляд на кучу папок. Он узнавал каждую, наизусть помнил их содержание, и теперь почти все его работы показались нелепыми или примитивными. Он уже видел конечный результат всех своих незавершенных исследований, допущенные ошибки, неверные выводы.
--Странно, - повторил он еще раз. – А они, похоже, не изменились! Ни один из четырех. Только я. Но почему?
Профэсор отмахнулся от этого вопроса и вернулся к трофейному журналу тайной лаборатории Стального Союза. Он уже видел, что может исправить и завершить гигантскую идею своего неизвестного предшественника.
Теперь Профэсора редко видели даже его помощники. Он не выходил из лаборатории неделями. И вот через полтора месяца генерал застал его у себя в резиденции. Он не стал упрекать Профэсора, что тот забросил всю работу. Каким-то путем до генерала докатился слух: Профэсор занят изобретением нового оружия. В кабинете генерала Профэсор был немногословен. Он сказал, что надолго отбывает к мгалианам, и попросил отпустить с ним 14 дуболомов. Генерал проглядел список и разрешил.
Небольшой буксир прибыл в порт Бимшасу – бывший центр бывших владений Урфина на Чаперахе. За период годичного отсутствия дуболомов на родине, мгалиане заняли всю восточную часть Чаперахе до самого пролива. Урфин же оставил случившееся без внимания. Таким образом отряд в полтора десятка дуболомов ступил на землю, ставшую мгалианской. Дуболомы прибыли без оружия. Они несли лишь несколько бутылей калифина, да у Профэсора, возглавлявшего отряд, был в руках небольшой чемоданчик. Никто не встретил их в брошенном порту, и им ничего не оставалось, как самим отправиться к видневшемуся вдали городу.
Поднявшись к свежим развалинам разрушенной крепости, дуболомы в последний раз посмотрели на обширную бухту порта, которая, если не считать их судна, была абсолютно пуста. Мгалиане не построили морского флота, не видя пока в нем необходимости. Сообщения с оледенелыми Мгалианскими островами шли только по воздуху, с другими странами Новая Мгалиания отношений не поддерживала. Ей было пока достаточно немалых растительных, животных и минеральных богатств огромного Чаперахе.
Сразу за крепостью начался город. Его виду Профэсор уже не удивился, после опустевшего порта он ожидал чего-то подобного. Безжизненные, брошенные дома, хотя в глаза не бросалось никаких разрушений; все здания вполне пригодны для жилья. Ни одного человека на улицах, ни одного лица в окнах, только огромные стаи морских птиц, взлетающих и снова опускающихся на крыши и карнизы.
Но город нельзя было назвать и мертвым. Среди начинающих уже зарастать улиц выделялись некоторые, резко непохожие на все окружающие. Как видно совсем недавно они были расширены и спрямлены. Новое, сверкающее фиолетовым отливом полотно проезжей части занимало всю ширину улиц, местами захватывая бывшие тротуары и палисадники. Вдоль этих необычных улиц стояли блестящие металлические мачты, увенчанные продолговатыми фонарями и несущие на себе целый пучок разноцветных проводов. По этим улицам, а лучше сказать, дорогам, время от времени стремительно проносились сверкающие машины, без остановки пересекая город. В одном месте дуболомы увидели туннель, заменивший перекресток. Здесь как раз пересекались дороги идущие на запад и на северо-восток.
--Похоже, мгалиане не хотят перестраивать для себя старые города, - пробормотал Профэсор. – Они обосновались где-нибудь на пустом месте, за городской чертой и устроили там все по своему вкусу.
Отряд двинулся на запад, вдоль одной из скоростных дорог. Через полтора часа, выйдя за окраину Бимшасу, дуболомы действительно подошли к поселку, не похожему на все то, что им приходилось до этого видеть. Странные приземистые, каменные, продолговатые коробки высотой в полтора этажа представляли собой как будто невероятно увеличенные фундаменты совсем небольших домов. И только выше над ними поднимались надстройки с окнами, площадками и балконами. Сверху эти сооружения венчали острые высокие крыши.
Все окна в этих необычных домах были небольшого размера, но их было много. Формы и расположения окон отличались неимоверным разнообразием, что, в сочетании с причудливыми очертаниями крыш, наделяло каждый дом собственной физиономией, резко выделяющей его из всех других. Раскраска домов скорее напоминала орнамент, в котором преобладали желтые, розовые и оранжевые тона.
Расположены дома были совершенно беспорядочно, без всякого намека на улицы и переулки. Единственная дорога, уходящая далее на запад, да ответвления к каждому дому, в непроницаемом цоколе которых располагались широкие, наглухо закрытые ворота. Во всем остальном эти дома-крепости окружала нетронутая природа. Деревья, кусты, лужайки подступали к самым домам, никаких дворов, оград, палисадников.
И опять дуболомы не увидели ни одного прохожего или прогуливающегося, хотя поселок явно жил. За стеклами окон мелькали тени, некоторые, несмотря на день, были освещены. В каких-то домах слышались голоса, в других музыка или гудение незнакомых приборов и механизмов.
--Живут как в крепости, - сказал Сорока. – Наверное, здесь по ночам очень опасно. Нападают какие-нибудь бродячие поны, каруды.
--Нет, - возразил Профэсор. – Они давно уже всех выгнали. Просто живут, как привыкли у себя на севере. По-другому не умеют.
--Зачем тогда захватывали целый остров? – недовольно воскликнул Купец.
--А это на будущее, - ответил Профэсор. – Постойте, вот этот дом нам и нужен.
И он указал на длинное здание, стоящее у самой дороги. Оно выглядело гораздо проще всех остальных, и было покрашено в однообразную черно-голубую клетку. Профэсор не ошибся, в этом доме находилось областное управление.
Короткие переговоры в Бимшасу, переезд в Шарантуш и, наконец, Профэсор оказался в том институте, где четыре года назад появились два дуболома из экспедиции Ёльвида. Его проводили к заместителю директора Леану Угу.
Профэсор не обратил внимания на приветственные возгласы, внимательно разглядывая «большого друга дуболомов». Он увидел, что этот, еще молодой мгалианин, искренне воодушевлен, и обрадовался, что найдет здесь понимание и поддержку. Леан Уг между тем говорил.
--Я очень рад встретиться с одним из ближайших помощников знаменитого Урфина Джюса. Ваш необычный народ, а я только так теперь вас называю, непостижим в своих возможностях. Как быстро вы преодолели последствия жестокого разгрома. Поверьте, мгалиане искренне удовлетворены тем, что Диндония никому больше не угрожает.
--Вы что, ожидали их вторжения на Чаперахе? – простодушно спросил Профэсор, прерывая восторженную речь Леана Уга.
--Были и такие мнения среди наших коллег. Больше других на этом настаивал Руй Фис, наш наблюдатель в Порт-Лартанде. Вы, конечно, слышали о нем. Была даже целая программа подготовки переворота силами самых здравомыслящих членов Стального Союза. В том числе известного вам генерала Гизвина.
Профэсор усмехнулся. Стань Кобылянский новым императором Диндонии, дело могло бы обернуться еще хуже. И особенно для мгалиан.
--Значит, вы не осуждаете низвержения Диндонии и установления там нашего надзора, - сказал он вслух. – Впрочем, это нелепый вопрос, - тут же добавил Профэсор и демонстративно поглядел в окно, из которого открывался вид на обширную равнину с холмами и перелесками.
--А вот это напрасно! – вспылил Леан Уг. – Наш захват Чаперахе не имеет ничего общего с завоеваниями. Не говоря уже о том, что никто бы не уступил нам территорий добровольно. В обмен на любую плату! Но мы не истребляли местное население. Вот, пожалуйста!
Мгалианин быстро включил экран, занимающий половину широкого простенка между окнами, и как будто открыл третье окно.
Пред глазами Профэсора возникла дорога, по которой двигалась колонна грузовиков. Отличное, идеально прямое шоссе, подобное тому, что они видели в Бимшасу, пересекало колосящиеся поля, на которых работало множество карудов и пон. Почти все они то и дело прерывали работу и, поднимая головы, провожали взглядом проезжающие машины. Открытые кузова этих машин занимали плотно сидящие люди, те же поны и каруды, среди них женщины и много детей.
--Это окрестности порта Ливазу – одной из двух умиротворенных зон. Туда переезжают жители из других районов острова. Населению зоны оставлены большие земельные угодья, достаточные, чтобы прокормить всех. Ни голодных, ни больных в зонах нет – за этим следят наши специальные комиссии.
Леан Уг переключил изображение. На экране возник большой понский пароход у причала с длинной очередью садящихся на него пассажиров.
--Всем желающим мы предоставляем право уехать в другие страны. Им это ничего не стоит. Переезд за море оплачивает правительство Мгалиании! Все, кто еще не решился на отъезд, спокойно живут и работают в зонах. В основном на полях. Мы ликвидировали промышленность, способную производить хоть какое оружие, а это значит почти всю.
--И выход за пределы зоны, - продолжил Профэсор, - не допускается.
--Разумеется! – с вызовом в голосе ответил Уг и выключил экран. Он продолжил более миролюбиво:
--Мы знаем, что у вас не так. Но ведь вам и не нужно почти ничего из богатств тех стран, которыми вы тем не менее владеете. А мы…. Мы вынуждены думать и о будущих поколениях.
--Ну что ж, - медленно произнес Профэсор, - будем считать, что мы друг друга поняли. А теперь я хочу рассказать о том, какую помощь я рассчитываю получить от вас. И чем хочу с вами поделиться.
Разговор продолжался еще час. Затем воодушевленный Леан Уг распорядился разместить прибывших дуболомов, а сам немедленно отправился в комнату институтского узла связи. К вечеру прибыл сопровождающий, чтобы доставить Профэсора и его спутников в Центр изучения структуры вещества. Там их уже ждали два крупнейших физика Мгалиании.

Глава 8 Ответ мгалиан

Толстая звуконепроницаемая дверь кабинета начальника Службы Обзора внешнего мира бесшумно отворилась. Высокого гостя встретил сам хозяин апартаментов:
--Проходите, господин координатор, все уже собрались. Я вызвал только самых осведомленных.
Слегка кивнув головой участникам совещания, координатор Госкабинета прошел к столу и расположился в кресле рядом с председательским местом. Начальник СОВМ и три его помощника заняли четыре оставшихся кресла. Дверь, повинуясь нажатию специальной кнопки, закрылась и заблокировалась. Тут же все пространство комнаты залил свет золотистого оттенка, слегка размыв очертания потолка и высоких стен без единого окна.
--Вы все знакомы с содержанием научной разработки, с которой к нам прибыли дуболомы во главе со своим Профэсором, - приступил без предисловий к делу председатель совещания. – Это нам жестокий урок. Мы не придали значения перевооружению и возвращению дуболомов, даже тому, что они за 4 месяца полностью разгромили Диндонию. Мы делали вид, что все предвидели: и одонизовую броню, и даже супернефтебомбы. И вот теперь мы получили неприятный сюрприз, точнее болезненный удар – доказательство не только военного, но и научного нашего поражения. Пока только заочного. Но надолго ли это пока? Следует принимать неотложные меры по ликвидации интеллектуального фундамента государства дуболомов. А мы теперь имеем все доказательства, что он есть. Я говорю об Урфине.
--Какие же у вас доказательства, что именно Урфин – автор этой работы? По другим данным, он в последнее время почти не принимает участия в повседневных делах дуболомов. Живет уединенно.
--Я допускаю, господин координатор, что именно это и может быть решающим доказательством. Он уединился для занятий теорией и вот результат. Во всяком случае, мы точно знаем, что именно Урфин – создатель дуболомов. Приписывать открытие не Урфину, а тому же Профэсору, это значит допускать, что Урфин сотворил существо более умное, чем он сам. Реально ли такое в принципе?
--Хорошо, не стоит рассуждать на эту тему. Мы получим ответ на все вопросы, когда Урфин будет в наших руках.
--В наших руках?
--Да. Решено не обезвредить, а захватить главный и единственный ум дуболомов. Возможно, он пригодиться и нам. Я приехал обсудить план исполнения именно такого решения.
…Через две недели после этого секретного совещания два пипа и пона подошли к высокой бетонной стене, окружающий обширный участок к юго-западу от Айнова. Это было единственное обитаемое место на несколько километров вокруг. Всгорки и нетронутые перелески обрывались у широкой полосы вдоль стены, выровненной и очищенной от сколько-нибудь поднимающейся растительности, вплоть до самых мелких кустов. За стеной деревья оставили расти как и прежде, только чьи-то опытные руки сократили и подровняли их кроны, так что дикая поросль приобрела вид парка.
В центре парка на холме расположился дом. Дом основательный, прочный, но совсем небольшой для такой обширной усадьбы. Такой уж выбрал нынешний обитатель этого уединенного места – повелитель дуболомов Урфин Джюс. Он осмотрел его и распорядился не перестраивать, а только поставить новую ограду и привести в порядок парк.
--Что-то очень тихо, и не видно ни одного дуболома, - сказал между тем пип, один из троих подошедших, - похоже, что Урфин в отъезде.
--Настрой на поиск, - посоветовал пона.
--На всю усадьбу не хватит, далеко. Но дом захватить попробуем, - ответил пип. Он достал из кармана узкую пластмассовую коробочку, почти скрывшуюся в его ручище, и переключил несколько клавиш заскорузлым пальцем. Все трое склонились, не спуская глаз с круглого экрана, который обегала светящаяся полоска, подобно стрелке часов. Экран мигнул, на мгновение по нему пробежала запись координат, затем все повторилось еще раз.
--Двое, и почти в одном месте, - сказал пона.
--Настраивайся, может быть, они говорят, - сказал второй пип. – И наведи на нужный разговор.
--На, сделай сам, - ответил здоровяк и передал прибор. – Ты лучше меня управляешься с этой штуковиной.
Второй пип забегал по кнопкам ловкими пальцами. Круглый экран погас. Высветилось длинное узкое окошечко, по нему побежали угловатые зигзаги, то прерываясь, то возобновляясь. Повинуясь настройке пипа, рисунок зигзагов менялся и, наконец, стал четким.
--О чем они, Бренк? – спросил пона, потянув к себе прибор, но Бренк уже отключил изображение разговора и уставился в небо. Он отрешенно замер, чуть покачивая головой и изредка то ли морщась, то ли усмехаясь. Средний и указательный его пальцы время от времени переключали кнопки. Наконец он снова включил зигзаги, и повернулся к большому пипу, который был у них старшим:
--Болтают всякую ерунду. Как, Тизулий, будем включаться в разговор?
Тот неторопливо кивнул. Бренк повернул прибор так, чтобы его сообщники видели ответ, и какое-то время настраивался на одного из невидимых им собеседников. Затем тихо, почти шепотом сказал:
--Какое-то у меня ощущение, будто кто-то приближается к усадьбе. Уж не Урфин ли едет?
Пип и пона прочитали ответ, в то время как Бренк слышал его непосредственно.
--Дурацкие у тебя ощущения. Когда это Урфин приезжал среди дня? Если уж уехал, то до вечера. А сегодня он вообще собрался к поне. Праздник там у них какой, или просто так, не знаю.
Пип выключил прибор и протянул его начальнику. Тот слегка отвел его руку, покачав головой.
--Момент подходящий, сейчас начнем. Ты, Шкауч, пойдешь первым, к понам у Урфина больше доверия. У его прислуги, наверное, тоже. Если выйдет без сбоев, мы недельку спустя присоединимся. А Бренк прикроет тебя через нашу штучку.
Шкауч кивнул, подождал, пока пипы дошли до зарослей, и не спеша пошел вдоль стены к воротам. На его стук долго никто не появлялся и, наконец, из-за отворившейся дверцы в воротах, высунулась недоуменная физиономия сонного каруда.
В ответ на вопрос поны, не требуются ли в усадьбе работники, каруд, пожав плечами, хотел молча захлопнуть калитку, но вдруг, как будто помимо своей воли пробормотал, что он ничего не знает и отведет пону к управляющему.
Как только Шкауч вошел внутрь ограды, пип Бренк выбрался из кустов и подошел вплотную к стене. Не сводя глаз с прибора, он все-таки бегло оглядел стену. Может быть, придется через нее перелезть. Воздействие их гипнотизатора на чужую волю было сильно ограничено расстоянием до объекта. Но прибор показал, что пона уже дошел до домоправителя. Пип настроился на разговор, чтобы сразу повернуть его в нужную сторону.
Через десять дней мгалиане получили сообщение: «Внедрение закончено. Контакт отсутствует, прибор задействовать нельзя. Ищем решение, необходима поддержка».
Ничего более определенного засланная группа сообщить не могла, так как в распорядке жизни Урфина было очень трудно разобраться. Он мог не появляться в загородном доме несколько дней, затем внезапно нагрянуть среди ночи и никуда не выезжать сутки и более. Время от времени его приезды становились регулярными – ежевечерними. Иногда вместе с Урфином приезжали гости, но их никогда не бывало более пяти. Гости оставались до утра и уезжали одновременно с хозяином.
Трое агентов мгалиан теперь состояли в прислуге. Пона Шкауч был взят в дом, Бренк и Тизулий работали в парке. Но никому из них еще ни разу не удалось даже увидеть Урфина. За час до его приезда весь обслуживающий персонал отправляли в самый дальний угол парка и запирали в длинном приземистом доме, напоминающем казарму. Парк заполняли дуболомы, и Урфина встречал один-единственный каруд, бесконечно ему преданный.
Но постепенно, через новых знакомых из прислуги, агенты выяснили, что бывают редкие случаи, когда в дом допускаются несколько человек. Это происходит по большим праздникам, которые Урфин отмечает обильным и шумным званым обедом. Ближайший из них они и решили использовать для выполнения задания.
Однажды в Айнов прибыл 6 зеленого, один из тех, кто отправился с Профэсором к мгалианам. Он привез письмо для Урфина. В письме ни о чем не говорилось прямо, но Профэсор давал понять, что успехи огромные и все его теории подтверждаются. Урфин необычайно обрадовался и тут же разослал Связного к своим друзьям с приглашением на званый вечер. Посланника Профэсора Урфин решил взять с собой. 6 зеленого, как и остальные его товарищи, не только помогал Профэсору, но и проходил обучение в мгалианских лабораториях и мог рассказать много интересного.
Урфин в сопровождении 6 зеленого и двух дуболомов взвода Бертоса прибыл первым. Столы уже накрывались, но Урфин, чтобы не мешать подготовке к празднику, прошел боковым входом прямо в свой домашний кабинет. Отогнав машину на стоянку, 6 зеленого поспешил за ним следом. Огромный страж Крестоносец был предуведомлен. Он молча пропустил дуболома.
Страж и пять дуболомов под командой заместителя Бертоса взяли дом под охрану еще за час до приезда Урфина. Корова и 8 номер, сопровождавшие повелителя, тоже сразу заняли привычные посты, так, чтобы видеть все, а самим не бросаться в глаза. Кроме них во дворе и доме разгуливали еще шестеро дуболомов из разных взводов. Это все были солдаты старой армии, которые после Возвращения служили в основном в крупных городах. На заставы и в приграничные области капралы, ставшие генералами, направляли новичков, а свои личные взводы держали поближе к себе.
Прибывающие гости, полюбовавшись слегка на пиршественную залу, где хлопотало семеро пон и карудов, отправлялись в специальную комнату, обставленную креслами, диванами и мягкими пуфами. В эту комнату дуболомы не заходили, чтобы не мешать разговорам друзей повелителя.
Глава 9 Вечер с сюрпризами

Скоро домоправитель доложил о завершении приготовлений и объявил, что Урфин выйдет через десять минут. Однако гости не спешили, так как один из них видел, что к кабинету Урфина не торопясь прошел Топотун. Медведь частенько появлялся в загородном доме. Урфин любил иногда поболтать со своим старинным спутником, а порой и прокатиться на нем верхом по старой памяти. Но сегодня он пришел напрасно. Слегка отстранив медведя, от Урфина вышел 6 зеленого и сразу плотно прикрыл за собой дверь.
Медведь убежал во двор, дуболом хотел идти следом, но что-то в зале привлекло его. Он остановился в дверях, некоторое время понаблюдал за понами, расставляющими стулья и, пройдя зал насквозь, подозвал 10 номера взвода охраны. Оба дуболома вошли в маленькую комнату домоправителя. Тот догадливо притворил дверь.
--Нас интересует светловолосый пона в зеленой куртке. Что ты о нем скажешь? – спросил 10 номер.
--Я взял его дней тридцать- сорок назад, - ответил домоправитель, - если надо точно, то я….
--Не надо! – перебил заместитель капрала. – Он последний из тех, кто появился здесь?
--Нет. После него я взял на службу еще трех пипов и пону.
--Не много ли? А этот, второй пона, тоже в зале?
--Да. Эти поны – враги?
--Неизвестно, - ответил 6 зеленого. – Но того в куртке я уже видел. На Чаперахе!
--Значит он – физик? – спросил 10 номер.
--Я говорю не о Центре. Это было раньше, во время нашей экспедиции. Я стрелял по мгалианам, а он убежал в лес. Я хорошо его запомнил.
--Второго ты, конечно, не знаешь. Но все равно, - повернулся зам капрала к управляющему, - выведи их по одному из дома. Только осторожно, без шума. Сможешь?
--Там за домом – погреба. Вы знаете. Я прикажу им принести корзину фруктов.
В наступающей темноте двух пон быстро запихнули в закрытую машину. 10 и 6 номер проделали это сами, затем 6 зеленого сел за руль.
--Отвези их к Начальнику полиции, - сказал 10 номер, - и пусть пришлет сюда десяток полицейских и пару следопытов. Надо обыскать окрестности.
Машина выехала за ворота. Ничего не подозревающий пона глупо озирался по сторонам, в то время как Шкауч сидел неподвижно, опустив голову. Правую руку он держал в кармане куртки. Агент успел передать сообщникам о своем внезапном задержании. Но теперь гипнотизатор стал бесполезен: они уезжали все дальше и дальше. А на сознание дуболомов шпионская машинка не действовала, это было проверено еще в институте Леана Уга. Вздохнув, Шкауч пододвинулся к приоткрытому окну. Покосился на дуболома, сидящего за рулем. 6 зеленого не обращал на пленников никакого внимания. Куда они денутся, ведь он сам запер снаружи дверцы машины.
Пона медленно положил руку на окно. Как раз в это время машина въехала на мост через речку. Быстрое движение кисти, и шпион снова откинулся на спинку сидения. Ну вот, теперь может быть удастся выкрутиться….
Домоправитель зашел в казарму и объявил, что потребовалось еще два человека для обслуживания праздника. Тизулий слегка толкнул локтем Бренка, тот задал какой-то малозначащий вопрос. Еще загодя, заметив, что Бренк чем-то понравился управляющему, Тизулий с помощью гипнотизатора всячески усиливал эту симпатию. Уловка сработала.
--Бренк, пойдешь ты. Возьми с собой еще кого-нибудь, и идите за мной.
--Ты уверен, что это не ловушка? – шепнул Бренк по дороге к дому.
--Ловушка? С повелителем в качестве приманки? Нет! Если бы они что-то подозревали, нас бы сразу просто расстреляли.
--А как мы теперь без машинки?
--Плохо конечно. Но попробуем то, что осталось.
Праздник затянулся за полночь. Это тревожило как заместителя Бертоса, так и помощника генерала, командира группы дополнительной охраны. Отряд полицейских, вызванный 10 номером, все не прибывал.
--Я знаю, как разогнать их по спальням, - сказал помген, и через десять минут вернулся с большой железной гитарой. – Сможет кто-нибудь из ваших что-нибудь на ней изобразить?
--Кажется, страж этим забавлялся.
Крестоносец и 10 номер вошли в зал, заместитель капрала приблизился к Урфину.
--Повелитель, страж хотел бы немного развлечь гостей музыкой.
Урфин слегка удивился, но усмехнулся и кивнул. Страж уселся на пол у одной из стен, и забренчал резко и громко. Гости разом вскинули головы, состроили вежливые улыбки, надеясь, что это шутка, которая скоро закончится. Но огромный деревянный музыкант, похоже, увлекся.
Привлеченный грохотом, Тизулий заглянул в зал.
--Момент настал, - шепнул он Бренку. – Этот дубина стоял на часах у кабинета, они наверняка не догадались заменить его. Если не вернусь, пускай в дело порошки.
Главный шпион без помехи проскользнул в кабинет. Дверь, ведущая из него в спальню, конечно, заперта. Но Шкауч недаром больше месяца крутился в доме: дубликат ключа лежал в укромном месте. Вот и спальня. Агенты мгалиан знали, что Урфин терпеть не может слишком назойливой охраны. Ни в спальне, ни под окном часовых не будет всю ночь.
Тем временем Бренк прошел на кухню. Он расположился у посудомоечного отделения и незаметно всыпал в чашку с водой щепотку белого порошка. Взял чистое полотенце, намочил его край в этой чашке и тут же выплеснул из нее все и прополоскал. С полотенцем в руках он перешел в другой конец кухни к столу с чистой посудой. Осторожно осмотревшись, пип убедился, что утомленная пятичасовой беготней остальная прислуга не обращает на него внимания.
Блюда и напитки, предназначенные лично для Урфина, готовились отдельно в маленькой кухоньке специальным поваром. Подавал их на стол только один доверенный каруд. Он же мыл личную посуду повелителя. Делал он это на общей кухне и должен был тут же уносить. Но так не всегда получалось, и время от времени бокалы, тарелки и вилки с инициалами повелителя стояли на общем столе, на отдельном подносе в стороне от прочих. Прикасаться к ним запрещалось категорически.
Бренк взял другое полотенце, а смоченное бросил на стол. Ловкая рука не подвела пипа, при всей небрежности движения нужный уголок полотенца опустился точно в запретный бокал. Некоторое время он усердно протирал тарелки для гостей, затем кинул оба полотенца в корзину под столом. Теперь оставалось терпеливо ждать результата.
В зале гремела музыка стража. Гости ерзали, сюрприз уже не казался им забавным. Наконец потеха надоела и Урфину, он знаком остановил Крестоносца. Гитара смолкла, но страж продолжал сидеть на месте. Подали новую перемену блюд. Все торопливо принялись за еду, догадываясь по неподвижной фигуре стража, что скоро будет подан сигнал к завершению ужина.
Увидев, что Урфину подали тот самый бокал, Бренк прошел в маленький коридорчик, соединяющий кухню с задним выходом, через который проносили запасы из погребов. Он запустил руку за водопроводную трубу и, найдя в крохотной нише передатчик, нажал кнопку. Через несколько секунд для верности повторил еще раз. Установленный и настроенный еще Шкаучем, прибор послал условный сигнал скрывающемуся в лесу отряду.
Шестьдесят роботов, изготовленных по диндонским образцам, и пять рудокопов в офицерской форме немедленно двинулись к усадьбе Урфина. Им предстояло скрытно преодолеть стену и просочиться по парку к самому дому. В случае удачи они должны были принять и переправить в надежное место ценного пленника. Во всяком другом – большой вооруженный отряд отвлек бы на себя главные силы охраны….
За пиршественным столом вдруг произошло замешательство. Урфин резко поднялся со своего места и объявил, что ему все надоело, он ужасно хочет спать. Гости задвигались, поднимаясь из-за стола. Ни на кого не глядя, Урфин неверным шаго

Спасибо: 0 
Профиль
Тему читают:
- дома
- никого нет дома
Все даты в формате GMT  3 час. Хитов сегодня: 681
Права: смайлы да, картинки да, шрифты нет, голосования нет
аватары да, автозамена ссылок вкл, премодерация вкл, правка нет



Мир Волкова Изумрудная страна Заколдованное королевство - Tin Man Хроники Изумрудного города и его окрестностей Изумрудный город Миры Изумрудного города Изумрудная страна|Магвайр,Баум,Сухинов,Волков Типичный Урфин Джюс *NO SLASH!* Tin Man | «Заколдованное королевство» Друзья Изумрудного города